«Доктор, спасибо за лучшего друга!»
Интервью, Статьи

«Доктор, спасибо за лучшего друга!»

Один из лучших ветеринаров Ижевска рассказал о том, какие ошибки чаще всего совершают владельцы домашних животных, о специфике работы в «частном секторе» и о самых запомнившихся случаях из многолетней практики.

31 августа в России отмечается День ветеринарного работника. Ведущий ветврач государственной ветклиники на ул. Баранова, 90 (самой известной в Ленинском районе) Фанис Закирянович ХАЗИЕВ говорит, что ветеринария – вся его жизнь: уже 36 лет в клинике он разве что не ночует…

– Как и все врачи, мы работаем не по расписанию, а пока есть пациенты. У нас клиника работает с 8 утра до 8 вечера. Но если без пяти восемь занесут животное с переломом, не отправим же мы его хозяина домой со словами «у нас рабочий день кончился, приходите завтра». Сколько надо, столько и работаем.

– Для многих стать ветеринаром – мечта детства…

– У меня не так было. Я до армии жил в деревне, у нас всегда животные были: коровы, козы, гуси, кошки, собаки. Полный двор скотины, как в обычном деревенском хозяйстве тех лет. Среди них я и вырос. Помню, у нас был кот Рублик, 16 лет прожил. Я его так назвал, потому что купил за рубль…

Но о ветеринарии я не думал. После школы поступил в техническое училище, оттуда ушёл в армию. А когда вернулся, мама сказала: неплохо бы тебе выучиться на ветеринара, работа всегда будет. Если мама говорит, надо слушаться. И я поступил в Казанский ветеринарный институт.

Когда я больше 30 лет назад начинал работать в Ижевске, тут было только две ветеринарных клиники – у Сенного рынка и наша. А Ленинский район особенный: в нём много частного сектора. В те годы здесь было 400 коров! Бывало, прихожу в 8 утра на работу, а у входа уже ждёт бабушка: корова заболела. И мы с ней вместе едем смотреть, что с бурёнкой. Сейчас в частном секторе продолжают вести частное хозяйство, но теперь держат кроликов, коз, кур (их много стало в последнее время). Коров на весь район 5-6 осталось, их держат самые преданные люди, которые без коровы, без кружки парного молока не мыслят жизнь в частном доме.

– Ветеринарная медицина наверняка развивается так же стремительно, как «человеческая»?

– Сейчас – да. В 1994 году я был в Москве на международном ветеринарном конгрессе. Выступали ветеринары-практики из разных стран. Я их слушал и понимал: по уровню ветеринарных услуг Россия отстала от мира на 20 лет. В нашей клинике даже диагностических приборов не было. Для начала я сказал: нам нужен рентген. Иначе очень сложно ставить верные диагнозы. И уже через месяц рентген у нас появился. Затем начали наполнять клинику другой аппаратурой.

Сейчас здесь хорошее диагностическое оборудование, любое исследование можем сделать. Но остались заболевания, которые мы до сих пор не можем эффективно лечить. Например, рак молочной железы у кошек. И это не российская проблема, мы с коллегами из других стран на профессиональных форумах обмениваемся информацией, и они признают: у них то же самое. Чтобы не столкнуться с этим безжалостным заболеванием, нужно вовремя стерилизовать домашних кошек: в 7-8-месячном возрасте. Можно и позднее, если вы взяли взрослое животное. Рак молочной железы – это последствие того, что кошка не рожает, но периодически испытывает половое возбуждение, половые гормоны атакуют организм. После стерилизации животное избавляется от этих гормональных атак. Не нужно придумывать, что вместе с маткой и яичниками кошка утратит «женскую сущность». Животные такими категориями себя не оценивают, у них нет таких комплексов, как у людей.

– Какие ещё ошибки совершают владельцы домашних животных?

– Главная проблема: хозяева не делают своим животным прививки. Иногда говорят, что некогда. Но поставить прививку – это на часик с работы отпроситься. А лечить животное, которое подхватило из-за отсутствия прививки серьёзное заболевание – это неделями отгулы надо брать: лечить инфекционные заболевания долго и дорого. Иногда отмахиваются, что животное всё время в квартире, заразу нигде поймать не может. Но вирусы – это же микроскопически маленькие организмы, мы сами приносим их с улицы на одежде, на обуви. В заботе о домашнем животном вакцинацию я бы поставил на первое место.

Часто ошибка кроется в самом решении завести то или иное животное. Бывает, приводят к нам анемичную, с больными суставами, с ожирением овчарку (или ещё какую-то крупную собаку). Оказывается, она живёт в однокомнатной квартире с хозяевами и их детьми, с ней гуляют пять минут утром (она присела у подъезда свои дела сделать, и её тут же заводят обратно) и пять минут вечером. Она не двигается почти, не получает необходимой физической нагрузки. Зачем держать в маленькой квартире огромную собаку – служебную, пастушью, охотничью? «Люблю», – говорит хозяин. Но это безответственно и жестоко по отношению к животному.

Ещё одна частая проблема – неправильное кормление. С неподходящим кормом в квартирных условиях животные быстро чахнут. Вижу кошку или собаку в плохом состоянии, спрашиваю хозяина: чем кормите? Оказывается, утром макароны, вечером макароны, иногда кусок колбасы кидают. Но ведь сейчас много профессиональных кормов на любой кошелёк – они сбалансированные, протестированные. У меня есть много кошек-пациенток, едят годами «Вискас» – здоровы и в тонусе. Поэтому если у хозяев нет возможности покупать люксовые корма, пусть не переживают, можно и подешевле найти. Я сам своих кошек кормлю только готовыми кормами. Одна ест только влажный корм, вторая – только сухой. Надо кормить тем кормом, который сама кошка выберет – она знает, что ей надо.

В погоне за модными породами люди не учитывают, что чистопородные животные сильно болеют. Породы – это ведь целенаправленный отбор определённых генетических мутаций. У дворняг и беспородных кошек здоровье значительно крепче, они дольше живут. В моём доме никогда породистых кошек не было, не вижу смысла.

– Вы уже дважды упомянули своих кошек. Вы, значит, кошатник?

– Да, всю жизнь. Кошки – удивительные, загадочные, неразгаданные. Сначала я в Ижевске в частном доме жил, потом в квартире, и всегда у меня было две кошки, чтобы им не скучно было. Придёшь с работы, погладишь их – и хорошо становится.

Рассказать про нынешних? Первую котёнком нам отправила моя дочь из Перми, когда там училась: её преподавательница нашла котёнка, себе оставить не могла, вот моя дочь его забрала и нам привезла. Второго дочь нашла в подъезде: увидела, что котёнок сидит, плачет. Принесла домой, говорит: покормим его день-два, я ему хозяев буду искать. А на третий день моя жена сказала: не надо искать хозяев, пусть у нас живёт. Я и сам за три дня к нему привык, не хотел, чтобы отдавали.

К собакам я тоже очень хорошо отношусь. Для баланса пусть будет история из практики. Был у меня на приёме мужчина с собакой. Называл её «мой лучший друг». Оказалось, некоторое время назад он по глупости попал в тюрьму, на два года. Жена от него тут же ушла. А собака (её забрала к себе его мать) каждый день приходила к дверям его квартиры, ждала хозяина. «Вышел на свободу, пришёл домой, как она ко мне бросилась! Как мы обнялись! Она скулит, я плачу – ревели на два голоса. Человек предаст, а собака – никогда», – рассказывал он.

– С экзотическими животными вам приходилось работать?

– С верблюдом! Он живёт тут неподалёку от нас, у одной женщины. Приходилось принимать северного оленя (он тут оказался «проездом», заболел в пути, и его привезли к нам в ветклинику), пони. Некоторое время назад вызвали меня в цирк: что-то случилось со змеёй, перестала есть. Приехал я в цирк, а там в большом деревянном сундуке питон метров 6 в длину. Открываем ему рот: вся ротовая полость в язвах, стоматит. Видимо, ему дали курицу или крольчатину с косточками, он острыми краями поранился, и ранки воспалились. Поставил питону уколы, всё хорошо закончилось.

Страусов лечил. Они ещё маленькие были, чуть выше пояса человека. А ноги уже метровые. И вот один страусёнок ногу сломал: открытый перелом, кость наружу торчит, а он как будто не чувствует, хромает, но пытается бежать. Я всё, что надо при переломе, сделал. Оказалось, у страусов невероятно быстрая регенерация всех тканей. Уже через неделю он носился как ни в чём не бывало.

У меня есть мечта: поехать в Австралию, посмотреть на сумчатых животных. Даже просто рядом с кенгуру был бы рад постоять. И в Арктику бы отправился – там тоже удивительная фауна.

– Ветеринар должен сочувствовать своим пациентам или это работа для хладнокровных людей, которые умеют сохранять дистанцию между собой и бедой маленького существа?

– Первые годы работы в ветклинике переживал за каждое животное больше, чем его владелец. Проведёшь лечение, уходит хозяин с животным, а ты всё думаешь: как там дела, хорошо ли себя животное чувствует. После того, как лет десять поработал, это острое восприятие притупилось. Но не надо думать, что я как врач стал хуже. Наоборот, чтобы стать умелым, профессиональным врачом, нужно без перерыва работать (я бы даже сказал «пахать») десять лет, набраться практики, встретиться с самыми разными клиническими случаями. Это всегда так: только через 10 лет работы ты можешь гордо сказать, что ты врач. И потом животному ведь не охи-вздохи врача помогают, а его профессионализм.

– И всё же, есть пациенты, которых вы помните годами?

– Бывают такие. Помню, как много лет назад псу-боксёру делал операцию. Его из Нефтекамска привезли в плохом состоянии, диагностической техники тогда не было, уже во время операции увидели, что у пса рак кишечника. Удалил ему 30 сантиметров кишки, соединил кишечник… Он на следующий день уже с аппетитом ел, хотя по-хорошему как минимум сутки после такой операции ничего есть нельзя. И три года потом ещё прожил.

Вообще в нашей работе главное – «спасибо» от владельцев животных. Слышу это искреннее «Спасибо, доктор, вы спасли моего любимого друга!», и так приятно становится. Целый день после этого как на крыльях летаю.

А бывает, приходит пациент с животным, и ты видишь, что сделать ничего нельзя, – возраст у животного очень большой или заболевание неизлечимое… И вроде понимаешь, что от тебя уже ничего не зависит, ни один профессионал в мире тут не поможет, а грустно. В таких случаях я обнимаю хозяина или хозяйку за плечи, говорю: «Мне очень жаль, что мы ничего не можем сделать. Простите нас». И люди говорят, что им становится немного легче.

– В чём принципиальное различие между «человеческими» докторами и ветеринарами? Ну, кроме того, что у пациента-человека врач может спросить «где болит?», а ветеринару приходится самому выяснять, в чём проблема.

– В многопрофильности. Сейчас ветеринары тоже уходят в специализации – один онколог, другой – инфекционист, третий – стоматолог. А ещё совсем недавно каждый ветеринар был универсалом. Сегодня лечишь кошку, завтра – лошадь, послезавтра – попугайчика. «Человеческому» врачу надо знать, как устроен организм человека, а ветеринару – как устроены десятки разных животных. У каждого из них даже нормальная температура тела разная. А если красиво говорить, медицина лечит человека, а ветеринария – человечество. И это правда.

Фото Сергея Рогозина

27.08.2021

Автор материала:

Анна Вардугина


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта