Статьи

Первые школы: от горной до арсенальной

Дерябинская просветительская волна. 1807-1867

«Удмуртский» угол Вятской губернии долгое время был глухим по части образования. Самая первая и долгое время единственная школа открылась 230 лет назад в Сарапуле. Называлась она «малое народное училище» и ютилась в комнатушке дома у Вознесенского собора. Около 30 мальчиков два года обучались там чтению, письму, арифметике. Подобные начальные школы полагались по статусу уездным городам, так что и в Глазове она откроется – через 27 лет. Не густо.

Первые педагоги Вятского края.

Благодаря Дерябину ситуация со школами на Ижевском заводе и в опекаемых им сёлах окажется лучше, чем в уездных городах. Всё же сам Андрей Фёдорович любил учиться – в тобольской семинарии, Петербургском горном училище, а затем на рудниках и заводах Западной Европы. Уже поэтому он много внимания уделял развитию образования. Поднятая им «волна» приведёт к тому, что набор образовательных учреждений за весь дореформенный, крепостнический период окажется у нас очень разнообразен. В моей картотеке за тот период числятся восемь школ. Кроме того, самые первые в губернии профессиональные педагоги приедут не в Сарапул или даже Вятку, а именно в Ижевск.

В принципе выучиться читать-писать каждый мастеровой смог бы и раньше – за плату от кого-либо из мелких чиновников или из милосердия от местного священника. Батюшки всегда, по должности являлись хорошими учителями, но у них всё же другая работа. Самым первым ижевским священником, официально вступившим в должность школьного учителя, стал Василий Блинов, но уже в 1808 году он уедет в Воткинск и, кстати, в 1840 году окрестит там Чайковского. Блинова сменит наш главный просветитель Захарий Лятушевич (о его деяниях будет отдельный рассказ).

И вот 23 июня 1808 года в Ижевск прибыли «определённые учителями в горные школы» первые выпускники столичного Педагогического института (это бывшая учительская гимназия, а с 1819 года – Петербургский университет) Кондратий Александров, Павел Ступишин и Филипп Жолский. Педагогов отправили на постой к копиисту Степану Кожевину. Через четыре дня из Перми прибудут также «горной школы учителя, студенты» Андрей Борисоглебский и Иван Богословский, судя по их фамилиям, из среды духовенства.

Дерябин тогда же выписал для школы глобусы, астролябию, различные физические приборы и даже «астрономические часы» из Англии. Будут ещё рисовальные и чертёжные принадлежности. Андрей Фёдорович хотел, чтобы у будущих оружейников развивалось пространственное мышление и чувство гармонии. Поэтому рисование на Камских заводах будут преподавать пять выпускников Академии художеств! Среди них Яков Дудин, брат зодчего.

«Главная горная», она же «оружейничья».

Собирать оружие должны грамотные мастеровые, был убеждён Дерябин. По составленному им «Горному положению» на Камских и других заводах горного ведомства заводили «малые и Главные горные школы». Первая «малая» открылась 18 августа 1807 года в Воткинске. В конце июня следующего года и в Ижевске откроют первую в его истории полноценную школу. Её официальный статус «Главная горная школа при Главном заводе».

Фактически же школа окажется малой, как в Воткинске. Был недобор, поэтому 20 сентября 1808 года Дерябин предложит воткинцам отправить из их школы «20 мальчиков с лучшими успехами и лучшими способностями» в «начальные классы Главной горной школы». Это выполнят, но большинство мальчиков убегут или будут отчислены. В результате весной следующего года оружейный завод будет выплачивать месячную «стипендию» (50 копеек) только семерым воткинцам. Считалось, что Главная школа должна готовить юношей к поступлению в Горный кадетский корпус в Петербурге.

Ижевскую школу иногда закрывали по причине эпидемий и жилищного кризиса. С марта 1809 года занятия шли в деревянном жилом доме на Базарной улице, а через год, когда она именовалась уже не горной, а «оружейничьей» – на Троицкой улице в одноэтажном каменном особняке с мезонином, пожертвованном Степаном Жереховым заводу. За библиотечку школы для детей мастеровых отвечал Александр Цедельман. Там в 1816 году числилось семь названий книг (в том числе 90 русских «Азбук» и 11 «Руководств к Арифметике») плюс 15 аспидных досок для письма и шесть столов-конторок.

Действует Устав из 25 параграфов, написанный Захарием Лятушевичем. Главной целью школы он назвал «образование детей мастеровых, ведущее их к усовершенствованию всякого делопроизводства и мастерства заводского». У второго, высшего отделения школы целью определено «образование детей чиновничьих, которые в сём краю не имеют близких способов к просвещению своему». Был ещё и «Устав сельским училищам при Ижевском оружейном заводе» из 22 параграфов. Эти училища для детей непременных работников определены как «отделения заводской школы» в сёлах Юськи, Завьялово и Гольяны. Они строились, оборудовались и содержались за счёт завода. В каждой по 30 мальчиков.

Некоторых юных ижевцев отправляли после школы на родственный завод в Тулу для «обучения механизму». Это, например, Григорий Кокоулин, происходивший из «унтер-офицерских детей». Вернувшись, он станет помощником механика, чертёжником и в 1860 г. удостоится «царского» кафтана.

А где учиться «благородному заводскому юношеству»?

Офицерские сыновья после домашних уроков довольно легко поступали в военные школы разных губерний, чиновничьи же мечтали о Казанской гимназии. И те, и другие ижевцы перед отправлением в дальние края первые годы ничуть не брезговали заниматься рядом с простолюдинами в дерябинской горной школе.

Но вот в 1831 году начались занятия в отдельном «благородном училище» для детей чиновников и офицеров. Его учредили в соответствии со штатом и «Положением ИОЗ» 1829 года. Целью предполагалось «доставить благородному заводскому юношеству способы приличного воспитания». Набор предметов, разумеется, стал шире, чем в обычной заводской школе. Например, читался курс механики, а также «военное письмоводство и судопроизводство». Преподавали лютеранский пастор, выпускник Дерптского университета А. Карский (математику), священник В.Ф. Василевич (историю и катехизис), священник Лятушевич-младший (геометрию и российскую грамматику). Занятия шли всё в том же доме Жерехова, а с 1846 года будут вестись в Правлении завода. В виде исключения способные дети мастеровых также могли учиться с «благородными».

Кроме того, 2 марта 1845 года жена заводского полицмейстера, католика Фридриха Николаи лютеранка, коллежская секретарша Луиза получила от Правления свидетельство № 286 на право открытия в Ижевске «частного пансиона для благородных детей». Летом хозяйка с помощью мужа будет подбирать соответствующих преподавателей по утверждённому властями плану. Часть дисциплин, ещё осенью согласованных с попечителем Казанского учебного округа, согласятся вести священники Ипполит Лятушевич и Иоанн Покрышкин. Сама Луиза Карловна преподаёт французский и немецкий языки, а также музыку.

В лучшие годы в казённой «благородной» школе училось до 100 детей чиновников и офицеров, а в простой, оружейной – до 500 детей мастеровых, чего окажется недостаточно. Понадобится уникальная ланкастерская школа. О ней расскажу в следующих выпусках.

Элитная «школа арсенальных учеников»

Летом 1827 года закончилось оборудование мастерских и хранилищ в Арсенале, а 24 июня была учреждена новая школа для «приготовления сведущих оружейных мастеров, могущих заменить иностранцев в присмотре при арсеналах оружия». Зачисляться должны как взрослые мастеровые на сдельной оплате, так и их ученики. Они будут проходить весь производственный цикл, на что, как поначалу считалось, потребовалось бы девять лет. Но управятся за пять. Простые ижевцы научатся читать чертежи и делать вычисления. Иные даже освоят извлечение квадратных и кубических корней и умножение десятичных дробей. А вы смогли бы?

Итак, 12 июля на территории всего завода (но не только Арсенала, как иногда считают) начались занятия в самой престижной, единственной в России «школе арсенальных учеников». Зачислено 24 мастеровых в возрасте от 20 до 33 лет и 7 учеников (17-22 года), все из мастерской по отделке ружейных замков. Могли поступать и подростки, не работающие на заводе – кантонисты. Их числилось при заводе до 1600. Достигнув предельного возраста 17 лет, они должны поступать на полноценную работу, но 811 кантонистов, начиная с 11-летних, уже сейчас на подхвате в цехах, обучаясь оружейному мастерству. Если же зачисления в арсенальные ученики удостаивался счастливчик-кантонист, то первый год он продолжал довольствоваться обычным кантонистским содержанием. Освоив отделку стволов «с правкою по струне», отделку ружейных и пистолетных замков, их калку и многое другое, он уже получал приличное по тем временам жалованье.

Первые выпускники будут в сентябре 1831 года. Это М. Фищев, Н. Ходырев, С. Глушков, К. Плотников. Они станут браковщиками в арсеналах Петербурга и Риги, из которых соответственно ради экономии казны уволят четверых иностранцев. В следующие полгода школу закончит ещё дюжина оружейных мастеров. Всего за сорок лет своего существования школа подготовит несколько сот оружейных мастеров (браковщиков и ремонтников) как для десятка российских арсеналов, так и самого завода.

Параллельно, и даже раньше, действовала аналогичная «школа полковых учеников» для армейских рекрутов. Только с 1818 по 1834 год она выпустит в полки 380 оружейных мастеров-универсалов. За пять лет они проходили практику на всех операциях, отчитываясь собственноручно изготовленными деталями.

Евгений Шумилов

03.09.2020

Автор материала:

Аватар

Удмуртская правда


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта