Интервью, Планерка

Александр Любимов: «Сколько кадров для села ни выпускай – их всегда мало»

С самым титулованным ректором сельскохозяйственного вуза в редакции поговорили о том, для чего нужны лошади в селе, сколько молока можно надоить от коровы, как бороться с борщевиком Сосновского и почему сельхозакадемия должна стать университетом.

Александра Ивановича Любимова мало кто не знает в Удмуртии. Он ректор Ижевской государственной сельскохозяйственной академии, доктор сельскохозяйственных наук, профессор, лауреат Государственной премии Удмуртской Республики, заслуженный работник сельского хозяйства Удмуртской Республики, Почётный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации, Почётный гражданин Кизнерского и Вавожского районов и четвёртый созыв подряд депутат Государственного Совета Удмуртской Республики… И это далеко не полный перечень регалий.

«Но чины людьми даются…» А, как известно, настоящее уважение людей заслужить вовсе непросто.

Сегодня Александр Любимов в кресле главного редактора газеты «Удмуртская правда».

Анна ВАРДУГИНА: Кто вы?

– По моему собственному разумению, я – гражданин России и Удмуртии. Родился здесь. И всю свою сознательную жизнь провёл здесь, не выезжая далеко, за исключением учёбы в аспирантуре.

Елена БОРОДИНА: Неужели не тянуло к перемене мест?

– Как не тянуло? Дважды приглашали в Москву. В первый раз после окончания аспирантуры предложили остаться научным сотрудником во Всесоюзном научно-исследовательском институте животноводства в Подольске. А во второй раз, уже после избрания меня ректором, пригласили директором департамента научно-технологической политики и образования Минсельхоза России. От обоих предложений я отказался. Считаю, что верна пословица «Где родился, там и пригодился». Здесь тебя все знают. Ты прекрасно понимаешь, что в родных местах принесёшь больше пользы. И к тому же перемены, связанные с переездами, не всегда положительно сказываются на душевном состоянии семьи, а это самое главное.

Сергей РОГОЗИН: Какие у вас самые любимые места в Удмуртии? Куда бы вы порекомендовали поехать её гостям?

– Село Короленко в Кизнерском районе, где есть музей имени общественного деятеля и писателя Владимира Галактионовича Короленко. Здесь я окончил среднюю школу и могу сказать, там есть что посмотреть. Музей самый простой по нынешним меркам, но надо отдать должное людям, сохранившим это здание. А как я помню, в нём был и книжный магазин, и сельский совет. Да, в музее ещё много предстоит сделать, но эта страница истории Удмуртии по своему уникальна и должна остаться в памяти. А какая там природа!

Игорь ЕГОРОВ: Когда вы решили связать свою жизнь с сельским хозяйством и кто был вашим учителем?

– С сельским хозяйством я связал свою судьбу сразу после школы. Я же вырос в деревне. Лошадей в ночное гонял, сено косил, помощником комбайнёра работал, получил права тракториста и на тракторе работал. Всё как положено. Сельский парень есть сельский парень. В тот момент были очень популярны специальности, связанные с электронной промышленностью, радиопромышленностью, ракеты уже в космос летали. Можно было бы и в эти отрасли пойти. Но я посчитал, что надо выбирать земную профессию. И чтобы принять абсолютно правильное для себя решение, я сперва сходил в армию, а потом поступил в Ижевский сельскохозяйственный институт.

Кто был учителем? Да все мои школьные учителя. Но самым первым учителем, конечно, был мой дед. Он меня научил и коров доить, и гусей пасти, и пчеловодством заниматься. Я считаю себя профессионалом в молочном скотоводстве. А пчеловодство это для меня хобби. Но любительство любительством, а двоих докторов наук по пчеловодству я подготовил. А их в стране всего шесть. И двое из них – мои. Есть и кандидаты наук.

– Есть бренд «алтайский мёд», «башкирский мёд». Почему нет удмуртского бренда?

– Мы опоздали. Нам надо обязательно, чтобы нас кто-то подтолкнул. У нас не было лидера в этом направлении. Не было хорошего менеджера, как теперь модно говорить. Наш мёд не хуже башкирского. Я с очень большой уверенностью могу сказать, что по некоторым качествам наш мёд даже лучше. Это связано с медоносами, то есть с травами, которые у нас произрастают. Особенно в южных районах.

Владимир БАЙМЕТОВ: Вы всю свою жизнь посвятили науке и высшей школе. Не было ли соблазнов уйти в другие сферы?

– Когда в 1984 году меня избрали деканом, я не думал, что так крепко влюблюсь в студенческую когорту. Были предложения в тот период перейти и на партийную работу, и в другом направлении пойти, но я остался верным своей профессии, специальности, которую я получил изначально. Когда встречаешь своих выпускников, часть из которых уже, так скажем, выходит «на заслуженный отдых», очень часто мысленно ставишь себя на их место. Как они прошли этот путь от студента до руководителя хозяйства, до главного специалиста. Кто-то пошёл по стезе управленцев. Но в какой бы район не приехал – везде наши выпускники. Это не только руководители хозяйств и главные специалисты. Это и муниципальные служащие, главы районов, депутаты райсоветов.

Мы ежегодно проводим две большие встречи наших выпускников. В этом году нам помешал коронавирус, но обычно в первую пятницу апреля встречаются те, кто окончил сельхозакадемию 10 и 20 лет тому назад. Те, кто закончил 10 лет назад, – это когорта молодёжи, но уже понявшая, что такое сельское хозяйство. С этими ребятами особый разговор. Те, кто окончил 20 лет тому назад, – это уже маститые руководители, специалисты.

В первую пятницу июня, всегда перед Троицей, встречаются выпустившиеся 25-50 лет назад. Народу всегда бывает много. Полный зал. Человек 300-400 обязательно приезжают. В нашем музее хранятся фотографии всех выпусков, начиная с Московского зоотехнического института коневодства, с которого ведёт свою историю наш вуз. У нас ещё жив участник Великой Отечественной войны, профессор Валентин Владимирович Соколов. Он заведовал кафедрой частного животноводства. Доктор сельскохозяйственных наук. Друг Михаила Тимофеевича Калашникова.

Анна ВАРДУГИНА: Кстати, о лошадях. В деревнях ещё нужны рабочие лошади? Или они всё больше используются на бегах и в цирке?

– Списывать лошадь как тягловую силу рано. Потому что в фермерских хозяйствах лошадки ещё незаменимы. Они хорошо возят грузы. Кроме того, у нас есть производство телег, саней. Так что лошадей в деревнях ещё держат.

Наталья ТЮТИНА: У какой специальности, по которой вы готовите специалистов, наибольшие карьерные перспективы?

– Всё зависит от выпуска, а не от специальности в дипломе. В 60-е – начале 70-х годов были очень востребованы зоотехники. Их было мало, по пальцам можно было пересчитать. Они-то тогда чаще всего и становились руководителями. Затем пошли агрономы. А уже в семидесятые годы, когда мы стали выпускать инженеров-механиков, стали доминировать они. Там ребята были очень крепкие, прекрасно знавшие, что без механизации у хозяйств будущее невозможно. Потом всё распределилось как-то поровну. А в 90-е годы выстоял тот, у кого был больше багаж знаний, кто умел разговаривать с народом, кто понимал, что нельзя допустить развала хозяйств. Те же, кто думал, что сейчас свалится манна небесная, как только он получит из колхоза трактор и станет фермером, распылились. И в 2000-е годы остались те, кто был верен своей специальности, верен земле, сельскому хозяйству. Именно благодаря таким людям с 2000-х годов мы начали подниматься.

Я не против фермерства, я за фермерство. За ними будущее. Но в одиночку тоже нельзя. Случись что, заболеет он тем же коронавирусом, а время пахать, сеять, косить, урожай убирать. В деревне всё надо делать вовремя.

С другой стороны, какие бы ни были успешные холдинги, они всегда будут развиваться на кредитах, на дотациях.  Без кредитов у них не может быть дальнейшего развития. Не дай Бог, если крупная агрофирма обанкротится. Сразу пропадут миллиарды рублей. И таких примеров в России очень много. Последний пример: фирма «Евродон-Юг», которая сотни миллиардов рублей задолжала банкам. А фермер из кожи будет лезть, чтобы выплатить тот мизерный кредит, который ему дали.

Игорь ЕГОРОВ: Какие наиболее важные вопросы сегодня стоят перед вами как перед ректором?

– Сегодня самый главный вопрос – провести приём. В этом году он будет очень-очень сложным. Нам министерство науки и образования разрешило и дистанционный приём документов осуществлять, и по электронной почте, и по почте и лично приносить.

Но если в прошлые годы на эту дату у нас было приблизительно 1600-1800 заявлений, то сегодня только 350. Это связано и с тем, что молодым людям из дальних населённых пунктов сложно воспользоваться электронными средствами, просто нет связи. Я не говорю об Интернете, проблемы просто с телефонной связью. Эти проблемы выявились уже при дистанционном обучении. Когда студенты у нас уехали по домам, не все из них смогли быть на связи с вузом. Поэтому приходилось вызывать их с определённой периодичностью.

Но мы обязательно наберём заявленное число студентов. Количество бюджетных мест у нас стабильно из года в год. Принимаем тысячу с небольшим. У нас на бакалавриате примерно 570 мест, в магистратуре 190 и 27 мест в аспирантуре. У нас в аспирантуре мест больше всех в республике. Ну и заочное отделение – 222 места.

Елена БОРОДИНА: На какую специальность самый высокий конкурс?

– Год на год не приходится. Когда мы открываем новое направление, новую специальность, все считают, что за ней будущее. Вот в этом году мы гидромелиорацию открываем. У нас в республике этих специалистов не хватает. Но нам нужно максимум десять человек выпускать ежегодно, чтобы закрыть потребность в этих кадрах.

Владимир БАЙМЕТОВ: А какие задачи для сельхозакадемии в более далёкой перспективе вы считаете наиболее важными?

– Первая задача – подготовка кадров для сельского хозяйства. Сколько кадров не выпускай, их всегда мало будет. Потому что человек всегда ищет где лучше. И никуда не денешься от этого. Кто-то здесь приживается, а кто-то уезжает.

Вторая задача – научное сопровождение агропромышленного комплекса. Мы должны внедрять именно то, что нужно для поднятия сельскохозяйственного производства, урожайности, продуктивности. Конечно, можно всё скопировать с Запада, адаптировать… Но по сравнению с Западом у нас совсем другие условия. И не только природно-климатические. У нас даже менталитет народа другой. На Западе зачастую дотаций дают гораздо больше.

Третья задача – повышение квалификации специалистов. Кстати, нынче мы выиграли федеральный грант на развитие дистанционного обучения. Тут нам коронавирус помог. Сегодня любой специалист, придя домой после работы, может связаться с профессором и получить консультацию, иметь обратную связь с вузом.

Кроме того, мы работаем по договорам с хозяйствами. Это так называемая хоздоговорная тематика. В год мы заключаем таких договоров на сумму порядка трёх миллионов рублей. И это не только по Удмуртии. Это и Татарстан, и Пермский край. В прошлом году даже из Ярославля поступила просьба. Но надо понимать, что сельское хозяйство – это отрасль, где надо вначале вложить и только потом, спустя немалое время, получить отдачу. Порой задают вопрос – почему у соседа урожайность 35 центнеров с гектара, а у меня 25? Да сосед пораньше встал и всё обработал. А ты проспал. В первую очередь должно быть чёткое соблюдение технологий. Поэтому руководителям хозяйств требуются серьёзные расчёты, описания технологических процессов.

У нас есть хороший опыт по созданию в каждом районе опорных хозяйств, на базе которых остальные хозяйства изучали бы передовые технологии. На все хозяйства академии не хватит. Их 340 с лишним. И эти опорные хозяйства сейчас созданы практически во всех районах. Именно на них обкатываются все новые технологии. И там уже руководители, специалисты изучают этот опыт.

Анна ВАРДУГИНА: В последнее время стали много говорить о проблеме борщевика Сосновского. Как с ним бороться?

– В прошлом году этот вопрос был поставлен очень жёстко. Нам сказали – давайте хоть что-то делать. Я помню, в конце 60-х–70-х годов на нашей опытной станции этот борщевик выращивали на корм скоту. На силос. 600 центнеров с гектара зелёной массы! Да в сезон можно два урожая собрать! Второй раз я с борщевиком Сосновского познакомился в 1974 году, уже будучи студентом, на практике в Московской области в совхозе «Будёновец». Иван Фёдорович Фуфаев, выпускник нашего института, был там директором. Он пригласил на практику. В этом хозяйстве борщевик использовали для получения гранул, в них большое количество каротина и прочего, и прочего. А вот, начиная с 70-х годов, борщевик просто забросили. Не все руководители хозяйств его восприняли хорошо.

Игорь ЕГОРОВ: Он же ядовитый…

– Надо всё вовремя делать. В частности, вовремя убирать. Но тогда же как было? Партия сказала надо посеять – засеяли. Сказала убрать – убрали. Но за этим партийным нажимом не было технологий, как от него вовремя избавиться. А избавиться от него было просто. Надо было вовремя пахать. А сейчас его корзинки разнесло по всей республике. Трудно найти гербицид для борщевика, если даже раундап его не берёт. Единственный способ – это механическое уничтожение. Монотонно, последовательно браться за работу: чуть подрос – убирать.

Анна ВАРДУГИНА: Давайте поговорим про молочное направление. Вот мы дошли до семи тысяч литров молока от коровы в год. Сейчас говорим про восемь. Есть ли предел?

– Вопрос, конечно, интересный. Можно надоить и 10, и 15 литров… И ничего сверхъестественного здесь нет. Но самое главное, какое мы будем пить молоко? Вот молоко от семитысячной коровы и молоко от десятитысячной коровы. То белое и это белое. Тут жир и там жир. Тут белок и там белок. Но вот по аминокислотному составу оно будет разным. И где меньше продуктивность, молоко будет богаче и аминокислотами, и витаминами. У нас поставлена задача произвести в республике миллион тонн молока. Это можно сделать. И мы сделаем. Потому что всё нацелено на это. Но надо посмотреть на другую сторону медали. Россия занимает приблизительно 10 с небольшим процентов сельскохозяйственных угодий всего мира. Население у нас на планете около 7 миллиардов, то есть мы должны кормить 700 миллионов человек. А мы кормим 140 миллионов и ещё 8 миллионов тонн молока нам не хватает. А молоко – это продукт нищих. Оно должно быть доступно любому.

Поэтому у нас одна задача: на наших площадях надо сделать наш продукт востребованным не только в России, но и за рубежом, как экологически чистый продукт. Наши площади это позволяют. Например, Удмуртия по площади как Голландия. Там, правда, население 15 миллионов, у нас полтора. Там поголовье коров миллион. Коров, без шлейфа! У нас 110 тысяч. И мы стремимся к этой Голландии по удою. Да зачем он нам нужен? Говорят, что у них породы другие. Да мы по генетике сейчас от них не отстаём. Поэтому при наших площадях мы можем сделать этот миллион. Половину оставить себе, а половину вывезти. А нам половину-то как раз и надо. Но в качестве экологически чистого продукта!

Владимир БАЙМЕТОВ: В Удмуртии удалось не только сохранить сельское хозяйство как отрасль, но и развить по сравнению с другими регионами.

– Это надо отдать должное первому президенту Удмуртии  Александру Александровичу Волкову. Много было сил положено, чтобы убедить некоторых руководителей. Если бы мы упустили этот период, с конца 90-х – начала 2000 годов,  у нас бы не было такого сельского хозяйства. Все считали, что рыночная экономика поднимет всё сама. Но база старая была разрушена. Нового ничего не создано. С чего-то надо было начинать. И вот Александр Александрович сказал – начнём с села. Мы тогда разработали модель предприятия СПК – подобие колхозов. С этого и началось. Ну и самое главное: то, что в бюджете республики стали закладывать определённые средства для поддержки сельхозпроизводителей. Занялись техникой. В 2004-2005 годах пошли первые дотации на покупку техники. Республика брала на себя 10-20 процентов стоимости. Посеяли. Надо убирать. А техники нет, нет даже плохоньких старых «Нив». Всё развалилось.

Никогда не забуду, тогда мы студентов 3-4 курса факультета механизации направили на «Ростсельмаш». И они для республики сами собрали первые 50 комбайнов. Там всё стояло. Надо было на сборке работать. И первая партия пришла оттуда как раз к уборке.

Игорь ЕГОРОВ: в сельхозакадемии наработан большой опыт по закреплению на селе молодых кадров – ваших выпускников.

– Что касается закрепления кадров. Конечно, распределение, как оно было в советское время, запрещено. Но все эти годы и даже в 90-е мы студентов распределяли. У нас тесная связь с нашим Минсельхозпродом и другими ведомствами, и мы всегда запрашиваем куда, кому, сколько и какие кадры требуются. Мы эту информацию доводим до студентов, беседуем с ними. Приглашаем к себе руководителей районов и хозяйств. Они встречаются со студентами из своих районов, а студенты определяются со своим будущим.

Эта система у нас отлажена, работает чётко. И на практику студента мы стараемся посылать сразу туда, куда он пойдёт работать. Есть и такие, которые отправляются и на практику, и на работу за пределы Удмуртии. В последнее время много ездят в Воронежскую область изучать производство экологически чистой продукции.

У нас права тракториста может получить любой желающий, не говоря уже о студентах факультета механизации.

Владимир БАЙМЕТОВ: У вас достаточно хорошо развит опыт практик за рубежом.

– В этом году у нас на зарубежную практику поехали только два студента, в Швейцарию.

Эта страна открыла границу. А обычно мы отправляем  человек 30-70 ежегодно. У нас в академии есть отдел международных связей. Он привлекает студентов на обучение из зарубежных стран, а мы своих направляем на практику. В этом году наши студенты должны были ехать в четыре страны. А так у нас до семи стран, с которыми сотрудничаем: Франция, Голландия, Швейцария, Германия, Австрия, Венгрия, Дания. У меня сын дважды ездил в Англию.

– В сельхозакадемии учатся не только уроженцы Удмуртии, но из других регионов.

Приблизительно 14-16 процентов студентов первого курса из-за пределов Удмуртии – из  Татарстана, Пермского края, Кировской области, Башкортостана. Последние годы Мордовия просит целевые места. Словом, обучаются все, кто проживает в соседних с республикой регионах. Но приоритет мы всё-таки отдаём нашим ребятам.

На факультет непрерывного профессионального образования мы принимаем только на внебюджетной основе и после техникума. По статистике учатся выпускники 98 техникумов. Иностранные студенты тоже есть. Но я скажу, может быть, кощунственную фразу: лучше отдать бюджетное место нашему пареньку или девушке, чем принять кого-то из-за границы. Если дадут такие места вне плана – пожалуйста. Кроме того, я уверен, что в тех вузах, где обучаются иностранцы, надо создавать отдельное подразделение. Это первое условие. А у нас такой возможности нет. Поэтому этот показатель у нас провальный. Обучаются всего 27 иностранцев, в основном из стран СНГ – Беларуси, Украины, Донбасса и Луганска, Казахстана.

Сергей РОГОЗИН: Как вы относитесь к КВН? Хотели бы, чтобы сборная вуза попала в высшую лигу?

– В высшей лиге всегда работают профессионалы, артисты. Это не студенческий КВН, к которому мы привыкли. У нас он есть в зачаточном состоянии, для того, чтобы юмор был в студенческой жизни. И этого достаточно. Но зато мы очень большое внимание уделяем художественной самодеятельности. Потому что каждый специалист должен быть не только руководителем, но и лидером. Он должен что-то показать, сплотить коллектив. А это либо спорт, либо художественная самодеятельность.

Игорь ЕГОРОВ: Известна ваша бухгалтерская школа и школа экономистов. Они получают универсальное образование и очень востребованы.

– Экономистов и бухгалтеров выплеснуло рыночное время. Может быть, со временем такой востребованности не будет. Но пока каждый небольшой сельскохозяйственный кооператив обязательно должен иметь одного-двух бухгалтеров. А их более 340. Вот и считайте. Старые кадры уходят,  приходят новые. Поэтому школа бухгалтерская у нас хорошая, но и восхвалять сильно я бы её не стал.

Владимир БАЙМЕТОВ: Но всё-таки это из вашей школы пошли ростки в Москву. Даже в финансовую академию.

– Да, пошли и в финансовую академию и в «Тимирязевке» работают.  Когда с 2016 года пошло повальное прикрытие экономических направлений в аграрном секторе, мы своё отстояли. Но зато лишились бюджетных мест. А что такое лишиться бюджетных мест? Четыре года мы за счёт бюджета не выпускали даже по 20-30 человек. Значит, четыре года те сельскохозяйственные экономисты, которых надо было уже менять, вынуждены были работать. А сейчас ещё четыре года надо будет ждать. Бюджетные места дали только в этом году.

Но зато мы поняли, что действительно надо бороться за то, что ты хороший. Доказать это надо ещё. Мы доказали.

Елена БОРОДИНА: У вас есть мечта?

– В личном плане – конечно, воспитать внуков, а в профессиональном плане – двух докторов надо выпустить. Академию хотелось бы переименовывать в Аграрный университет. Это название больше ассоциируется с высшим образованием.

УП задание

Хотелось бы, чтобы на страницах вашей газеты было больше экономической статистики.

УП вопрос

Единственная в Удмуртии женщина-кузнец Александра Муратдымова спрашивает

«Хватает ли в Удмуртии массовых мероприятий, фестивалей?»

– По тем мероприятиям, которые проводит Министерство спорта и молодёжной политики, их для молодёжи вполне хватает. Даже в это сложное время письма по участию в различного рода конкурсах продолжают приходить. К примеру, в августе надо обязательно провести или участвовать в каком-нибудь фестивале. Организуйте студентов. А студенты все на практике. Ну и как быть? Так что мероприятий вполне хватает. Даже зашкаливает, может быть, в некоторых случаях. Но некоторые традиционные мероприятия надо, конечно, проводить. Вот нынче не было Гербера. Перенесли его. Всё должно проходить вовремя. Но жизнь состоит не только из праздников.

У следующего главного редактора хотел бы спросить: что нужно сделать, чтобы республика стала лидером в ПФО по промышленному направлению экономики? По сельскому хозяйству у нас первое–второе место, а в промышленности новые производства не открываются. А, например, можно было заняться выпуском сельскохозяйственных машин и оборудования. Перспективным направлением, на мой взгляд, будет производство роботов-дояров. Сегодня покупаем робота за 15 миллионов! Надо делать и своё, причём не отвёрточную сборку. Всё равно мы придём к тому, что труд на селе должен быть максимально механизирован и роботизирован.

16.07.2020

Автор материала:

Игорь Егоров

Игорь Егоров


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта