Статьи

Удмуртия – это навсегда, а «Ижевской области» не бывать!

Есть темы, которых стараются избегать, говоря об истории становления государственности Удмуртии, а если излагают их, то как-то уж очень путано. Это, во-первых, особая роль сталинских репрессий в истории государственности Удмуртии (в целом всей её, а не только национальной интеллигенции). Затем, это территориальные проблемы, в том числе странная история неожиданного расширения территории республики на восемь районов.

Для начала проанализирую предысторию формирования нашей территории.

Рождение одноногого «медвежонка»

Если дать волю воображению, то в нынешних очертаниях Удмуртской Республики на географической карте можно разглядеть некое двуногое существо, отдалённо напоминающее пухленького медвежонка. Кстати, медведи играли немалую роль в мифологии и обычном праве удмуртов. Напомню, хотя бы, знаменитую «медвежью клятву». Но в данной ситуации просто игра случая. Очертания национальной территории оказались мало связаны с историей удмуртского народа и зоной его этногенеза. «Медвежонок» же долго вообще был одноногим.

Каждый народ, особенно малочисленный, для сохранения своей самобытности стремится достичь компактности проживания. Это естественное желание жить по своим законам (может быть, и неписанным) на конкретной земле, желательно обособленной природными рубежами. Но формирование удмуртского народа связано с территорией намного большей, чем нынешняя, закреплённая за УР. Причём всё шло в условиях тесного соседства с живущими здесь же издавна татарами, башкирами, марийцами, бесермянами и русскими. Ничего не поделаешь, так уж велось освоение Россией северо-восточного угла Европы.

Выделить в таких условиях какую-то свою, сугубо удмуртскую территорию для строительства собственной государственности было трудно, а по каким-то политическим правилам практически невозможно. Но для большевиков, как известно, ничего невозможного нет. Поэтому «революционными» темпами в тяжелейших условиях Гражданской войны, в чрезвычайно пёстром по составу регионе между Волгой и Камой монопольными усилиями Всероссийской партии большевиков, которая рассчитывала на собственные преференции в национально-государственном строительстве, оно всё же началось. Причём настолько спешно и бюрократически запущенно, что В.И. Ленин, например, даже не подписал собственноручно три знаменитых Декрета от 4 ноября 1920 года, даровавших государственность трём народам – удмуртам, марийцам и калмыкам. Доказательства этого бюрократического казуса уже приводились мной («Удмуртская правда», № 49 от 19 декабря 2019 г.).

Про какие-либо конкретные территории, отдаваемые этим народам, в кремлёвских документах 1920 года не сказано ни словечка. А без собственной территории ни о какой государственности рассуждать нельзя. Поэтому, точности ради, столетие её надо бы отмечать попозже, через два месяца. Именно тогда, другим Декретом за подписью одного только М.И. Калинина был впервые обозначен адрес будущей Удмуртии. Под неё определили Вятскую губернию – ориентировочно части четырёх её уездов с некоторыми спорными волостями.

Надо заметить, что практическими вопросами определения территории Удмуртии Ленин не занимался. Это епархия наркома по делам национальностей и ВЦИК. Довоенный историк Н.Н. Латышев прямо писал, что в 1921 году, именно «руководствуясь мнением товарища Сталина», административная комиссия при ВЦИК 27 сентября утвердила территорию области. 5 ноября М.И. Калинин подпишет соответствующий Декрет об административном составе области и 11 ноября ещё один Декрет об изменении очертаний границ с Татарской республикой (станция Агрыз нам так и не досталась). Ещё через год отпечатают первую карту Удмуртии. Поэтому известную и в целом замечательную картину С.Н. Виноградова, на которой в ноябре 1920 года Ленин якобы утверждает типографскую карту Удмуртии, следовало бы подкорректировать по дате и главному персонажу.

Как бы то ни было, собирание удмуртского народа на единую территорию происходило поначалу относительно успешно. Если до 1921 года народ был разделён между четырьмя уездами Вятской губернии и везде считался меньшинством, то в Удмуртской автономии он составил 58,5% населения. Национальное преобладание позволяло определять культурную политику в интересах титульного народа. Но затем что-то пошло не так…

Умаление прав – это во благо?

Есть закономерность в национально-государственном строительстве. Все русские регионы уменьшили свои территории, а все автономии периодически увеличивались. Самое большое расширение у Башкирии: после 1920 года сразу на 100 тысяч кв. километров, а у Татарстана – на 50 тысяч. Удмуртия скромнее: по сравнению с 1926 годом рост на 10 256 кв. километров. Тенденцию ущемления «великороссов» во благо малых народов заложил Ленин, не пылавший какой-то особой любовью к русскому народу. Такую национальную политику называют позитивной дискриминацией. Но всегда ли она оказывалась во благо для титульного народа-бенефициара?

Самое первое наше добавочное приобретение случилось в феврале 1925 года. Это Карсовайская волость Омутнинского уезда Вятской губернии. С 1929 по 1963 год волость будет считаться отдельным районом. Второй район, Сюмсинский, передадут Удмуртии в июне 1929 года из той же губернии при её ликвидации. Обе передачи были оправданы и каких-то негативных последствий не имели.

Но грянет роковой 37-й год, когда УАССР обогатится на четыре района (Воткинский, Сарапульский, Киясовский, Каракулинский), а чуть позже ещё на два – Кизнерский и Камбарский. Это четверть миллиона человек, в основном русских. Результат: резкое падение доли титульного народа – до 39%. Но списки кандидатов в депутаты и на государственные посты большевики делали в пропорции к раскладке национальностей. Так что «позитивное» ущемление русского народа по факту превратится в дискриминацию удмуртского.

Загадка кировского анклава

Уже на второй год Новой экономической политики в Госплане РСФСР задумали переформатирование административно-территориального устройства молодой страны. Национальные, «крестьянские» автономии начнут, не особо их спрашивая, включать в более крупные «пролетарские» экономические регионы. Это ограничит права автономий, лишит их самостоятельности в распоряжении местными ресурсами. Но если бы решалась только экономическая сверхзадача укрупнений, действительность окажется хуже.

Итак, в 1929 году Вятская губерния исчезла, растворившись в Нижегородском (Горьковском) крае и окончательно утратив исторические границы. Но вот 1 декабря 1934 года один ревнивец убил любвеобильного С.М. Кирова. Сталин решил раздуть масштаб частной трагедии, чтобы получить повод для расправы с оппонентами. Пропаганда кричала: «Банда троцкистов и зиновьевцев убила лучшего друга великого вождя». Для максимального прославления Кирова (наряду с множеством памятников, наименованием сотни городов, посёлков и четырёх тысяч улиц) и был создан новый край. Его спешно выкроили из Горьковского, включив также только что образованную Удмуртскую АССР. Для ещё большей солидности Кировского края к нему (не к УАССР!) присоединили четыре района из огромной, уже ликвидируемой Уральской области (с октября 1938 года эта часть её будет Пермской областью).

Но в конце 1936 года Кировский край упразднят. Все восточные «добавки» к нему повиснут, оказавшись анклавом Кировской области. Исключительно для того, чтобы ликвидировать эту картографическую, бюрократическую нелепость, данные районы придётся передать УАССР. Так «медвежонок» стал двуногим. Никаких просьб удмуртского народа, референдумов и опросов, аппаратных интриг и коварных замыслов! Каюсь, подобными мотивами я давным-давно пытался объяснить наше нежданное расширение. После тщательного анализа хроники и карт оказалось, что всё намного проще.

***

В «лихие 90-е» на политических митингах в центре Ижевска часто можно было видеть плакаты, требующие преобразовать Удмуртию в «Ижевскую область». Никогда подобное не поддерживал. Но одна проблема тут всё же есть. Это неравномерное развитие региона. Да, велик Ижевск. Населения почти столько же, как во всей Мордовии или Марий Эл. Но районы-то отстают по многим параметрам. Эту диспропорцию в середине 1990-х годов у нас пытались разрешить, но несколько топорно, что требует особого разговора.

Будут изменяться Конституции – российская, а затем и удмуртская. Придут новые лидеры с новыми идеями. Закончатся затяжные кризисы и эпидемии (в истории Удмуртии они бывали и пострашнее). Много чего неожиданного ещё может произойти. 

Но, безусловно, в любом случае, вопреки всем бедам и реформам, останется навсегда под своим историческим названием и в своих современных очертаниях та родная наша, исхоженная вдоль и поперёк земля, что так уютно разместилась на 42 100 квадратных километрах между Камой, Вяткой и Чепцой. Все мы тут сроднились. Слишком уж бурными и драматичными были процессы формирования нашей территории в советскую эпоху, чтобы вдруг так просто кто-то посмел отменить или радикально изменить всё это.

Евгений Шумилов, доктор исторических наук, профессор УдГУ.

24.04.2020

Автор материала:

Аватар

Удмуртская правда


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта