Интервью

Евгений Хафизов: «Самое дорогое, что могут отдать волонтёры, – это время и здоровье»

В недавнем прошлом профессиональный военный, руководитель логистического направления в оперативном штабе благотворительной акции «ПоддЕРжка» Евгений Хафизов рассказал о том, какую службу он нёс во время командировок в Сирии, где рождается настоящая мужская дружба и что он посоветовал бы диванным критикам, сомневающимся в честности «ПоддЕРжки».

Евгению Хафизову 27 лет, половину из них он носил погоны. За участие в военной операции в Сирии Евгений награждён медалью Жукова. Из Вооружённых Сил он уволился, потому что понял: хочет быть рядом со своей семьёй. Евгений – дважды отец, а в скором времени станет папой в третий раз.

Сейчас Евгений Хафизов – успешный предприниматель и одновременно заместитель руководителя регионального отделения всероссийской общественной организации «Молодая гвардия». Уже больше двух недель Евгений всё своё время и силы отдаёт благотворительной акции «ПоддЕРжка» и помогает тем, кто попал в трудную жизненную ситуацию.

– Евгений, расскажите о вашей военной службе. Какое учебное заведение вы окончили и в каких войсках служили?

– Я надел погоны в 13 лет, когда поступил в Казанское суворовское военное училище. После его окончания стал курсантом Военно-космической академии имени Можайского в Санкт-Петербурге, а потом попал по распределению в Службу защиты государственной тайны Вооружённых Сил России. Прослужил там 5 лет и по окончании контракта уволился.

– Вы были в командировках в Сирии и награждены медалью Жукова за участие в сирийской военной операции. В каких условиях вы несли службу? Находились ли вы непосредственно в зоне боевых действий?

– Вы задали такие вопросы, ответить на которые я не смогу. Даже приказ о моём награждении имеет гриф «Совершенно секретно». Его видел только Президент России и управление кадров, которое готовило представление к награде.

Если вкратце, то моя первостепенная задача заключалась в обеспечении сохранности носителей сведений, составляющих государственную тайну. Также я должен был обеспечить бесперебойную передачу данных между российским военным командованием в Сирии, которое находилось на базе Хмеймим, и группой военных, выполнявших приказ за её пределами, в числе которых был и я.

Мне приходилось следить и за тем, чтобы никакая информация из той группировки, где я непосредственно находился, не просачивалась в СМИ, в социальные сети.

– Приход российских военных действительно переломил ситуацию в Сирии?

– Конечно. Кардинально переломил. Думаю, что они не справились бы без нас.

– О чём вы думали, когда отправлялись в Сирию? Какой у вас был настрой? Какой настрой был у наших военных там?

– Каждый военный, как только встаёт на этот путь, должен быть готов защитить интересы своей страны. И не важно, где это будет происходить. Поэтому когда мне сообщили, что я еду в Сирию, никаких сомнений у меня не возникло. Я был полностью уверен, что так нужно, просто надо было правильно сообщить об этом семье. В самой Сирии настрой тоже не изменился. Я военный, у меня есть приказ, который я должен выполнить и вернуть своих ребят домой живыми. И самому вернуться живым. Все понимали, что на кону стоят человеческие жизни, поэтому все очень ответственно подходили к принятию решений. Все они были максимально взвешенные. Все действия продумывались до мелочей. Мы соблюдали максимальную осторожность, чтобы не подвергать себя ненужному риску.

– Какой опыт вы вынесли из своих командировок в Сирию? Может быть, война изменила ваши взгляды на какие-то вещи?

– Я начал больше ценить свою жизнь и понимать, что в приоритете у меня мои близкие. Когда командировка закончилась, и я вернулся в Россию, решил для себя, что хочу находиться ближе к своей семье. Предыдущие 13 лет я провёл вдали от дома, тогда как все мои родные и близкие были здесь, в Ижевске. Когда папа умер, я был на другом конце страны. Получается, что пока я служил, мы с ним толком и не виделись. Нам удавалось побыть вместе только тогда, когда я приезжал в отпуск: будучи курсантом – два раза в год на две недели, офицером – ещё реже.

Если ваш сын скажет: «Папа, я хочу быть военным», как вы к этому отнесётесь?

– Положительно. Это определённая школа жизни. Учёба в суворовском училище, в военной академии научила меня дисциплине и тому, чему можно научиться только при одном условии: если ты живёшь на тридцати квадратных метрах с двадцатью мужиками. Это настоящая мужская дружба. После окончания академии нас разбросало по всей стране, но, несмотря на это, мы продолжаем общаться.

А как быть с нежеланием молодых людей служить в армии? Я имею в виду срочную службу.

– Я считаю, что на это можно и нужно влиять постоянно. 90-е, 2000-е были тяжёлыми для Российской армии. Думаю, тогда у многих родителей сложилось негативное отношение к срочной службе и к армии в целом. Тогда же начались недоборы как в военные учебные заведения, так и на срочную службу.

Но, слава богу, это время прошло. Например, я застал совсем другие времена. Денежное содержание офицеров и солдат контрактной службы увеличилось в разы, улучшилась ситуация с обеспечением военнослужащих жильём, начали работать программы военной ипотеки. Обновилось вооружение, наконец. В частях изменилось отношение к солдатам-срочникам, появились комитеты солдатских матерей, которые взяли ситуацию с дедовщиной под такой контроль, что она просто исчерпала себя. Конечно, и сейчас бывают прецеденты, но они уже не системные, а разовые. Они всегда будут в мужском коллективе.

– Вы считаете, что мужчина должен пройти службу в армии?

– Я считаю, что любой мужчина должен уметь постоять за свою семью и за свою родину, а научить его этому сейчас может только срочная служба в армии.

На ваш взгляд, на чём сегодня можно воспитывать патриотизм в детях?

– Прежде всего, надо больше времени проводить с детьми, а не отдавать их воспитание на откуп школе или, тем более, улице. Важно именно живое общение с детьми. На каких примерах воспитывать в них патриотизм? Так у нас нет ни одной семьи, которой бы не коснулась Великая Отечественная война. Вести беседы о мужестве можно и на примерах героев локальных войн. Пройдёт лет 30, и будут говорить о сирийской войне и вспоминать её героев.

Всё больше появляется военно-патриотических клубов. Ребят в них, действительно, прибавляется. Это то поколение, которое не будет косить от армии, которое занимается спортом с самого детства. Спорт тоже играет важную роль в воспитании патриотизма в детях. Благодаря ему вырабатывается характер, формируются правильные ценности.

– Какую часть вашей жизни занимает «Молодая гвардия»? Чем вы занимаетесь в этой организации?

– В принципе, обычно я занимаюсь тем же, чем и сейчас. Мы и раньше помогали пенсионерам, покупали им продукты. Не в таком количестве, как сейчас, конечно. Это были, скорее, разовые акции.

Мы мониторили продуктовые магазины и аптеки на предмет завышения цен, соблюдения требований Роспотребназдора, закрывали так называемые наливайки, точки, где продавали снюс школьникам.

Я вступил в «Молодую гвардию» с желанием сделать чью-то жизнь чуть-чуть лучше и легче, поэтому я сразу взял на себя вопросы социальной поддержки. Я хотел кому-нибудь помочь. Я понимал, что в нашем городе есть люди, которые в этом нуждаются. За последние две недели убедился в этом ещё больше.

– Негативные комментарии в адрес «ПоддЕРжки» не уменьшили у вас желания помогать?

– Независимо от комментариев желания помогать меньше не становится. Мы работаем здесь с самого утра и до позднего вечера. При этом мы здесь на добровольных началах, у нас тут и предприниматели, и студенты, и пенсионеры. Людей, помогающих в трудной ситуации, намного больше, чем диванных критиков.

– Какая, на ваш взгляд, сегодня молодёжь? На что она больше нацелена: на потребление или на помощь кому-то?

– Молодёжь, как и все остальные, разная. Есть такие, как мы, – кто сейчас здесь, в штабе «ПоддЕРжки». И волонтёрских организаций достаточно много: «Волонтёры Победы», «Волонтёры-медики». На мой взгляд, самое дорогое, что они могут отдать, – своё время и своё здоровье, потому что, несмотря на риски, они приходят на помощь другим людям. Такая молодёжь мне нравится: активная, со своей позицией, неравнодушная к тому, что происходит в нашем городе, в нашей стране, что происходит с пенсионерами и другими социально не защищёнными слоями.

– Вы не планируете связать своё будущее с политикой?

– Планирую. Как только мне будет что предложить людям, чтобы они поверили в меня.

24.04.2020

Автор материала:

Татьяна Иванцова

Татьяна Иванцова


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта