Интервью

От стороннего наблюдения – к активному неприятию

Почему между понятиями «терроризм» и «коррупция» можно поставить знак равенства

В СМИ не перестают звучать сообщения о всё новых и новых фактах хищений бюджетных средств, о предотвращённых терактах, которые преступники собирались совершить в нашей стране. Упоминание и обсуждение проблем коррупции и терроризма стали, скорее, частью информационного фона, на котором мы живём изо дня в день.

Чтобы в обществе не притупилось чувство неприятия и опасности, которую таят в себе эти явления, мы обсуждаем эти непростые вопросы с Владимиром ОРЕХОВЫМ, заместителем председателя Удмуртской республиканской общественной организации по укреплению государственности «Генеральское собрание». Более сорока лет он прослужил в органах государственной безопасности, налоговой полиции, налоговых органах России и имел прямое отношение к борьбе с этими видами преступлений.

– Владимир Викторович, наш разговор начался с того, что вы поставили знак равенства между террором и коррупцией. Напомните, пожалуйста, читателям, чем вы объясняете такую позицию?

– Ответил тогда, скажу и сейчас, что считаю коррупцию террором, направленным против целого народа, только коррупционеры пользуются инструментами экономики и финансов. Субъектами преступлений коррупционного характера являются люди с высоким интеллектом, уровнем образования, облечённые властными полномочиями, пользующиеся доверием сограждан.

– Разве высокий интеллект и уровень образования не подразумевают более высокую внутреннюю культуру, которая априори несовместима с хамским, наплевательским отношением, а тем более с преступлениями против соотечественников?

– И я, и наши с вами соотечественники считаем точно так же. Люди верят облечённым властью чиновникам и депутатам.Но факты! Я как-то на досуге составил для себя портреты преступника-террориста и преступника-взяточника.

– Расскажите, что у вас получилось?

– Получилось, что на одном полюсе – невежество, низкий уровень образования, суррогатное представление о культуре, на другом – высокий уровень образованности, принадлежность к интеллектуальной и властной прослойке общества, но отсутствие внутренней культуры, вытесненной безнравственными, преступными личностными установками. Гиляровский хорошо сказал об этом ещё в XIX веке: «В России две напасти: внизу – власть тьмы, а наверху – тьма власти».

– Складывается ощущение безнадёжности. То есть народ не способен реагировать на злоупотребления тех, кто находится у власти?

– Не всё так просто. В 1917 году народ уже справился и расправился с власть имущими, а, отобрав власть, столкнулся с теми же самыми явлениями, только в большем масштабе и в более извращённых формах, хотя в программе правящей партии были обозначены такие социальные ориентиры, как воспитание человека новой формации, создание новых общественных взаимоотношений, основанных на братской любви. Преступность и социализм считались несовместимыми. Оценку дало время.

– Это значит, что как бы общество не относилось к этим явлениям, они никуда не денутся и с ними в любом случае придётся считаться?

– Отвечу коротко и без пессимизма: то, о чём мы с вами сегодня рассуждаем – и терроризм, и коррупция, – это социальные константы общества любой формации.Поэтому считаться с ними придётся в любом случае. Но считаться не значит терпеть, а знать и сопротивляться.

– Что вы подразумеваете под сопротивлением?

– А вы никогда не задумывались, что преступники разных мастей – и в белых воротничках, и в грязных ботинках – руководствуются одним и тем же принципом, вставая на преступный путь? Принцип, который даёт им хоть какую-то гарантию оставаться на свободе.

– Какой принцип может роднить действия отъявленных уголовников и так называемых белых воротничков? Не слишком ли разные преступления на счету тех и других?

– Вы правильно сказали: преступления. Тот вид антиобщественного поведения, за который общество наказывает. Не важно, кем является преступник: министром или грязным уголовником. И того, и другого роднит это определение – преступник. Взяточник то же уголовное мурло, только при галстуке и должности или погонах. Психология преступника, кем бы он ни был, всегда одна и та же. И если общество сообща, как говорится, всем миром возьмётся за борьбу с преступностью, тогда мы и победим. У шведов это почти получилось, потому что они раньше нас поняли это.

– Так что это за принцип, который общество никак не может изжить?

– Не пойман – не вор. Простенько, не правда ли? Да, есть те, кого надо ловить, но ведь есть и те, кому положено ловить. Не срабатывает? Значит, или плохо ловим, или хорошо прячутся. А общество со стороны наблюдает, кто кого. Когда же дело касается кого-то лично, мы готовы выступить и за ужесточение, и за расстрел.

– Владимир Викторович, может быть, стоит ужесточить меры, направленные на борьбу с коррупцией, чтобы тех, кто нечист на руку, останавливала хотя бы боязнь сурового наказания?

– Может быть. Гражданское общество вправе ждать от государства конструктивной, адекватной работы по искоренению коррупции вместо организационного зуда и судорожной погони за статистикой. Но повторюсь, это не главное. Нетерпимость, неприятие и мгновенная реакция должны быть, прежде всего, у нас с вами, простых граждан.

– Вы хотите сказать, что нам всем надо повышать свою гражданскую ответственность?

– Нам всем надо настойчиво изживать закоренелый обывательский принцип: «Моя хата с краю…» Он настолько въелся в каждого из нас, что даже уголовная ответственность за несообщение о преступлениях не помогает. Что это? Страх или равнодушие? А потом на кухнях поругиваем государство. Я сейчас вспомнил, что недавно отмечались два праздника, совпавших по дате: День Героев Отечества и Международный день борьбы с коррупцией. Неужели борьба с коррупцией – это удел героев? А мы с вами?

– Владимир Викторович, вы можете привести пример, когда общественность действительно могла пресечь преступные действия должностного лица?

– Попробую, но это моя субъективная точка зрения. Недавно возмущённые СМИ запестрели публикациями о масштабном коррупционном скандале, когда один из рядовых чиновников на протяжении многих лет, что называется, в открытую занимался своим обогащением. Приведу лишь факты, которые нашёл в публичном доступе.

Итак, 2019 год: «Прокуратура обнаружила у обвиняемого в мошенничестве Шестуна 676 объектов недвижимости в Серпуховском районе, в том числе 565 участков, оформленных на подконтрольных ему 40 юрлиц и на номинальных директоров этих компаний. Также по результатам проверки стало известно, что в собственности Шестуна находятся две базы отдыха стоимостью 274 млн рублей и 22 автомобиля стоимостью около 27 млн рублей.

Всё обнаруженное ведомством имущество экс-главы Серпуховского района оценивается в 10 млрд рублей, что не соответствует его официальным доходам». Читаем дальше: «Генпрокуратура подала иск к Александру Шестуну и ещё 35 соответчикам».

– Масштабы почти космические. Неужели всё это организовал один человек?!

– Вот об этом и речь! Посмотрите на цифры: задействовано в сотнях фиктивных сделок 40 юридических лиц, это начиная с 2008 года. По иску прокуратуры проходит как минимум 35 соответчиков. Это же многие сотни человек! Эти безобразия происходили на глазах у тысяч людей в течение нескольких лет. Что, не нашлось ни одного честного человека в начале всей этой эпопеи?

Хорошавин, Кузнецов, Захарченко и прочие, прочие, прочие. Они же не мелочь по карманам тырили.

– А где же были правоохранительные органы?

– Они как раз работали. Просто известная неповоротливость правоохранительной и судебной систем объясняется бюрократической и процессуальной закомплексованностью, требующей выявления и документирования.

– Наверняка, не стоит исключать и человеческий фактор у сотрудников правоохранительных органов?

– Ни в коем случае. Но это другая тема. Я называю это административной трусостью. Совсем как у Чехова: чихнул на плешь генералу и умер от страха.

– Владимир Викторович, противоположные примеры у вас есть?

– Да, опять-таки со ссылкой на интернет. На сей раз по своей малой родине, острову Сахалин, где высокую гражданственность проявил один из руководителей ОНФ. Как отмечает пресса: «Адвокат Николай Сорокин, председатель сахалинской коллегии адвокатов «Аспект», работает по принципу справедливости – не только правовой, но и человеческой. Он находит людей, пострадавших от «оборотней в погонах», и защищает их. Если случай интересный, даже без адвокатского гонорара.

В итоге за свою практику он смог вытащить из трясины несправедливых уголовных дел уже одиннадцать мэров, четырёх вице-губернаторов, четырнадцать депутатов и более двух сотен различных чиновников рангом пониже.

В прошлом году Сорокин возглавил рабочую группу «Качество повседневной жизни» Сахалинского отделения Общероссийского народного фронта и уже по линии ОНФ поставил вскрытие несправедливостей на поток».

Не знаю его лично, но почему-то доверяю источнику информации: такими цифрами не балуются. Чтобы вот так с открытым забралом на правоохранителей со справедливой критикой! Побольше бы таких правдорубов и правдолюбов!

– Расскажите, пожалуйста, о вашем личном опыте борьбы с коррупцией.

– В лихие 90-е на Сахалин хлынули преступники из кавказских регионов. Появилась первая оперативная информация об использовании фальшивых авизо и открытии фиктивных кредитных линий для преступного изъятия бюджетных средств. Первая же разработка дала ощутимый результат. Запугивая или подкупая служащих банка, преступники заставили их открыть кредитную линию на 300 млн рублей. В то время соотношение доллара и рубля было один к двум, поэтому это были немаленькие деньги. В этой истории был полный детективный набор. Преступники сожгли машину и дачу председателя банка. Прямо на лестничной площадке убили его родного брата. Акциям устрашения были подвергнуты и другие члены правления. В таком виде первичная информация попала ко мне на стол. Требовались срочные меры: слишком нагло и опасно действовали преступники. Упуская детали оперативной работы, скажу, что в финале нашей операции были арестованы пятеро ответственных коррумпированных сотрудников банка, помогавших преступникам. Все они были осуждены. Кредитная линия была закрыта, деньги возвращены в бюджет, уголовными преступлениями занялись сотрудники милиции. О других случаях я упоминал в своей книге «Жизнь с открытой датой».

16.01.2020

Автор материала:

Татьяна Иванцова

Татьяна Иванцова


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта