Ижевский характер
Новости

Ижевский характер

Как кафтанщик дворянина проучил

Мне нередко задают вопрос: какой он – ижевский характер? В качестве примера приведём эту историю, имевшую место в XIX веке.

I. Народные самородки-оружейники

Ижевск город чудес! Здесь простой старший сержант, которого В.В. Путин месяц назад назвал «народным самородком», смог вырасти до генерал-майора, главного конструктора стрелкового оружия. А задолго до того один коренной ижевский мастеровой, кафтанщик, ухитрился дослужиться на заводе до коллежского советника. Это чин, приравненный к армейскому полковнику!

И жил этот оружейник не в Зареке, где обитало большинство наших кафтанщиков, а на престижной Троицкой (Советской) улице. Её иногда даже называют «аристократической», что неточно. Да, потомственные дворяне у нас имелись, но вот аристократии практически не было.

Первым самородком, как вы уже догадались, назван Михаил Тимофеевич Калашников, а второй – Иван Дмитриевич Щелконогов. Он родился в рабочей семье Ижевска 18 июля 1838 года. Семнадцати лет стал учеником на заводе, а с 1858 года уже работал сдельно в ствольном цехе. Вырос там до старшего браковщика стволов и 15 марта 1868 года оказался награждён за свою зоркость и дотошность от имени Александра II «мастеровым кафтаном с золотым галуном». В августе 1872 года оружейник получил ещё и грамоту почётного гражданина, что служило тогда для простонародья своеобразной имитацией дворянства.

Совершенно необыкновенно то, что 15 августа 1875 года такой заслуженный, семейный 37-летний человек поступил вольнослушателем в старший класс Ижевской оружейной школы. Была у ижевца, выходит, неодолимая страсть к учёности. В результате уже через год Иван Дмитриевич станет оружейным мастером 2-го разряда в унтер-офицерском звании. С июня 1876 года кафтанщик-браковщик несколько месяцев находился при Тульском оружейном заводе для сдачи поставляемых туда ижевских стволов и ружейных коробок. При этом он «оправдал доверие завода, находясь в качестве посредника между двумя заводами». В том числе поэтому в 1877 году Иван Щелконогов стал классным оружейным мастером 1-го разряда.

Для бывшего мастерового началась карьера артиллерийского чиновника, в которой всё размерено по ступенькам: губернский секретарь (1883 г.), коллежский секретарь (1886 г.), титулярный советник (1889 г.), старший классный артиллерийский мастер (1891 г.), … «Полковничий» чин он получит уже незадолго до смерти, последовавшей 28 мая 1909 года от рака желудка.

II. Доктор медицины с эстетическим уклоном?

Заводские медики ещё с конца XVIII века были самой заметной частью ижевской интеллигенции. Попадались среди них и уникальные личности, чрезвычайно разнообразные в своих увлечениях. Например, немец Максимилиан Бух стал попутно этнографом, автором самой первой книги об удмуртах. Поляк по крови Иван Андржеевский больше интересовался русским населением, описав быт ижевских мастеровых. Эту публикацию высоко оценил журнал «Отечественные записки», поставив её в один ряд с сочинениями Николая Лескова.

Ещё один доктор медицины (очевидно, тоже с какими-то польскими корнями) прибыл на Ижевский завод в 1897 году в качестве старшего врача лазарета. Это Владимир Феликсович Велямович (1854-?).

Здесь есть некая загадка. Человек с точно такими же фамилией, именем, отчеством и годом рождения  издал в Санкт-Петербурге в 1878 году солидную искусствоведческую монографию «Психо-физиологические основания эстетики. Сущность искусства, его социальное значение и отношение к науке и нравственности». Мог ли он быть ещё и медиком? Мог ли он также быть высоконравственным человеком в жизни?

Как бы то ни было, считаясь человеком весьма прогрессивным, реальный доктор медицины стал у нас инициатором заведения первой медицинской библиотечки, а также впервые устроил при лазарете женское отделение для работниц завода. Раньше таковых не было вообще, но ради массового выпуска мосинских трёхлинеек пришлось задействовать и ижевок (слово «ижевчанки» – это изобретение комсомольских журналистов-романтиков).

В 1901 году уважаемый доктор, единственный в истории ижевского здравоохранения, будет произведён в действительные статские советники, то есть получит чин 4-го класса, соответствующий генеральскому. Более того, за всю историю Ижевска это вообще единственный гражданский чиновник военного ведомства в столь высоком чине. Кстати, его старший брат Александр был артиллерийским генералом.

III. Скандал на Троицкой

При докторе Велямовиче в силу его высокого статуса было два денщика, но квартировал он у Щелконогова, снимая весь нижний этаж большого дома на углу Троицкой и Седьмой (улица Свободы). Офицеры и артиллерийские чиновники вообще довольно редко тогда имели у нас собственные дома. Предпочитали снимать квартиру, на что выдавались квартирные, или же получали казённое жильё. Но его в более-менее достаточных масштабах стали строить только в годы Первой мировой войны.

Весной 1902 года во время очередного отъезда оружейника в дальние арсеналы России привередливый квартирант избил кухарку хозяина. А после возвращения Щелконогова доктор оскорбит ещё и его самого словами «нахал» и «холуй», угрожая также всяческими карами: «Я статский советник…» Судя по всему, высокообразованный дворянин всё же отличался спесью и грубостью.

Наш кафтанщик не стал оставлять всё это без ответа, написал заявление. В результате долгого разбирательства «городской судья Ижевского завода» (была такая должность) Антон Антонович Ивановский присудил доктору медицины месяц заключения на гауптвахте. Однако начальник завода полковник Павел Матвеевич Савостьянов арест своего прямого подчинённого не утвердил, но обязал его извиниться. Поэтому 10 ноября спесивый статский советник всё же вышлет домовладельцу витиеватое письмо с сожалениями за «допущенные резкие выражения». Тот, будучи в новой дальней командировке, ответит кратко: «Прочёл, удовлетворён».

Главная «изюминка» сего скандала в том, что судья Ивановский также квартировал тогда у главного персонажа этой истории.

IV. Ижевский характер

Вот такой наш, ижевский характер. Мы были настырные, отчаянные, бьющиеся за справедливость, не терпящие хамства от кого бы то ни было.

Вряд ли почтенный оружейник, став артиллерийским чиновником, обряжался в свои поздние годы в парадный мастеровой кафтан. Но не исключено, что 49-летний Иван Дмитриевич Щелконогов 22 июня 1887 года решил вспомнить молодость, чтобы вместе с коллегами щегольнуть при встрече на оружейном заводе великого князя, генерал-фельдцейхмейстера Михаила Николаевича.

Потомки! Вглядитесь в этот уникальный групповой снимок. Может быть, вы опознаете своего знаменитого гордого пращура среди этих 15 кафтанщиков?

Евгений Шумилов, доктор исторических наук, профессор УдГУ

Фото из журнала “Нива”

22.10.2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта