Долгое возвращение в Воткинск
Общество

Долгое возвращение в Воткинск

80 лет со дня основания и начала формирования коллекций Государственного музея-усадьбы П.И. Чайковского

9 сентября 1939 года из клинского дома-музея П.И. Чайковского в Воткинск, в только что учреждённый в доме детства композитора музей, отправилась первая партия исторических предметов, связанных с его жизнью. Так началась драматичная история становления музея на родине самого известного российского композитора. «Удмуртская правда» рассказывает, как за прошедшие 80 лет ветшающий дом с заколоченными окнами превратился в научно-культурный центр общероссийского значения.

Музея могло не быть

Сегодня Пётр Ильич Чайковский – главный культурный бренд Удмуртии, великий земляк, неоспоримый классик. И, кажется, что так было всегда. Но в 1920-1930-е годы Чайковский был объявлен буржуазным, мещанским сочинителем, а его музыку Пролеткульт СССР припечатал «унылым искусством с безнадёжным взглядом на жизнь». Да и сам дом детства к этому времени уже полностью утратил дух, который царил в нём с 1837 по 1848 год, когда здесь жила большая семья Чайковских.

Уезжая из Воткинска, Чайковские увезли с собой все личные вещи – гардероб, музыкальные инструменты, детские игрушки, фотографии. Большая часть их навсегда утеряна. После семьи Чайковских в казённой усадьбе на берегу пруда жили 18 начальников Камско-Воткинского завода, каждый из них перекрашивал стены, переставлял мебель и менял назначение комнат по своему вкусу.

После революции усадьба стала конторой Воткинского Совета рабочих депутатов и комитета Воткинского союза социалистической молодёжи. В 1918 году, в дни Ижевско-Воткинского восстания, тут заседал штаб повстанцев, размещалась их канцелярия и контрразведка. Говорили, что в подвале держали пленных большевиков.

После победы «красных» приусадебный сад превратили в общедоступный городской парк – впрочем, не слишком ухоженный. В хозяйском доме одна за другой размещались общественные организации рабочих. За десять лет фактической бесхозности дом, замечательный образец русской классической усадебной архитектуры XIX века, пришёл в упадок. В газете «Ижевская правда» (предтече «Удмуртской правды»), в номере от 2 июля 1927 года журналист А.Уральский писал в репортаже из Воткинска: «Пустые зала, пыль. Окна заколочены, на стене вывесочка: «В этом доме родился Пётр Ильич Чайковский в 1840 году». Один из членов правления предложил: «Что пропадать зданию? Мы тут капиталец сколотим… К черту дворянское сословие…». Побывавший в 1935 году в Воткинске дирижёр К.С. Сараджев писал: «Есть здесь улица Чайковского, на которой стоит дом с доской о рождении Петра Ильича. Дом пустой, заброшенный, видимо, хорошей стройки. Запустение настолько сильно, что, вероятно начнёт прямо разрушаться».

Тем более удивительным кажется, что в конце 1930-х в Воткинске нашлись энтузиасты, не согласные с официальной оценкой «унылого и буржуазного» творчества Чайковского и верящие, что дом его детства можно возродить и превратить в музей. Общественники дошли с предложением создать музей до самых высоких инстанций. Успеху их затеи, безусловно, помогло приближающееся 100-летие со дня рождения композитора.

21 августа 1939 года было издано постановление Совета народных комиссаров Удмуртской АССР о создании музея Чайковского в доме, где он родился и провёл детские годы. Дом на берегу пруда передали из собственности завода на баланс Горкомхоза и выделили на его ремонт 20 тысяч рублей. А уже 9 сентября из Клина в Воткинск были переданы подлинные вещи Чайковского, в том числе рояль, которого много лет касались его пальцы.

Первые шаги

Директором музея стал молодой (всего 28 лет от роду!) воткинский скульптор Михаил Тутынин. Он одним из первых создал скульптурный портрет Чайковского. Заместителем стал Николай Рукавишников – профессионал, работавший до этого в клинском музее Чайковского: ради участия в становлении нового музея он переехал в Воткинск.

Первая выставка получилось преимущественно плоскостной: на стендах демонстрировались старые документы и фотографии. Представленные вне исторических интерьеров рояль Wirth и письменный стол Чайковского казались вырванными из контекста. Подлинного представления о быте и атмосфере, в которых родился и воспитывался будущий композитор, эта выставка, к сожалению, не давала. В первый год своего существования воткинский музей проигрывал в глазах зрителей в сравнении с клинским, где были бережно сохранены подлинные интерьеры дома Чайковского и где каждый квадратный метр был наполнен его настоящими личными вещами (бывший хранителем клинской экспозиции младший брат композитора Модест Петрович Чайковский запрещал даже менять привычное для Петра Ильича расположение предметов).

Музейный фронт

Воткинскому музею необходимо было развиваться, но на несколько лет его история была фактически приостановлена… В годы Великой Отечественной войны музей был закрыт, фонды были законсервированы, все экспонаты перенесены в левое крыло дома. Всю остальную часть здания заняли госпиталь и лётное училище. Но зато именно сюда, в Воткинск, были эвакуированы наиболее ценные экспонаты из Клинского дома-музея. Вместе с ними приехали и клинские хранители. Сотрудники двух мемориальных музеев Чайковского в эти годы работали вместе, в 1943 году готовили выставку к 50-летию со дня смерти композитора. Смонтировать её так и не успели: клинская коллекция вернулась «по месту прописки».

После войны воткинский музей продолжил работу, но существовал как будто в анабиозе. Страна восстанавливала промышленность. Небольшой провинциальный музей, по мнению чиновников от культуры, дублирующий большой подмосковный музей в Клину, получал минимальное финансирование. Его не хватало ни на проведение необходимого ремонта, ни на приобретение предметов, которые могли бы дополнить экспозицию.

Музей эпохи

В 1970-х началось бурное возрождение воткинского музея. В музей пришло новое поколение сотрудников, их лидерами стали директор Александр Лошкарёв и его заместитель Борис Аншаков. Они поставили перед собой сложную и амбициозную задачу: не только добыть исторические экспонаты, которые сделали бы экспозицию насыщенной, но и дать музею собственное лицо. Установили связи с музеями Москвы, Ленинграда, с мемориальными музеями композитора (Алапаевск, Каменка, Таганрог, музей консерватории в Петербурге, музеи ЛТИ и Горного института). Руководство Клинского музея, родственники композитора (Юрий Львович Давыдов, племянник композитора, внучатые племянницы П.И. Чайковского Ксения Юрьевна Давыдова и Ирина Георгиевна Соколинская) помогали воткинскому дому.

Если музей в Клину сложился как мемориал конкретной личности, то в Воткинске на основе истории одной семьи решили восстановить среду дворянской усадьбы середины XIX века. Заместитель директора музея-усадьбы П.И. Чайковского по основной деятельности Юлия Конарева рассказывает:

– В 1970-1980-х годах в музей возвращается полнокровная жизнь, усиливается научная составляющая, пополняются фонды. В это время музеем руководил Александр Лошкарёв, его заместителем был Борис Аншаков. Они стали важнейшими фигурами в истории музея. Они писали письма во все исторические музеи страны с просьбой выделить в коллекцию воткинского музея предметы, которые помогли бы воссоздать исторические интерьеры музея, сами многократно выезжали в музеи разных городов, чтобы оценить, сможет ли тот или иной предмет вписаться в реконструируемую среду дома семьи Чайковских.

Основными источниками формирования коллекции и создания интерьеров жилого дома стали книга описи заводского имущества Камско-Воткинского завода и письма родителей Петра Чайковского. Дело в том, что Илья Петрович Чайковский приехал в Воткинск раньше своей супруги Александры Андреевны и в письмах к ней подробнейшим образом описывал свою жизнь в Воткинске и всё, что было в их доме – цвет стен в каждой из комнат (и как он их перекрасил), стоявшую там мебель и предметы декора, упоминал о стоявших на территории усадьбы беседках и теплицах. Невероятная наблюдательность и словоохотливость Ильи Петровича стали опорой для музейщиков. А в книге описи заводского имущества сохранился список «мебелей» дома № 1.

Один за другим сотрудники музея привозили в Воткинск точно такие же (или максимально приближенные по стилю и историческому периоду) обеденный стол, секретер, столик для игры в карты, стулья. Юлия Конарева продолжает:

– Александр Лошкарёв и Борис Аншаков смогли убедить даже руководство московского Музея изобразительных искусств им. Пушкина и петербургского Эрмитажа передать ряд предметов из богатейших коллекций этих музеев в воткинские фонды. Тут были и документы, и рукописи, и предметы интерьера.

Страна готовилась к празднованию в 1990 году 150-летия Чайковского, он уже считался одним из главнейших отечественных композиторов, и, вероятно, на самом высоком уровне было решено в преддверии этой даты оказать поддержку его музею. В результате к 1990 году сформировалась та коллекция, которую сегодня видят посетители музея-усадьбы. Она включает сотни предметов быта середины XIX века, довольно точно приближая нас к представлению о том, как жила в Воткинске семья Чайковских, и как жили люди их круга.

Директор музея-усадьбы Татьяна Неганова подтверждает:

– У нас воссоздан типологический дворянский интерьер первой половины XIX века, аутентичность которого подтверждена историками и искусствоведами. Прогулка по комнатам дома погружает не только в реалии детства Пети Чайковского, но и шире – в золотую эпоху российской культуры, в эпоху Пушкина (поэт был только на 4 года младше Ильи Петровича Чайковского, а погиб всего за 3 года до рождения Петра Чайковского) и образованных людей его времени. Если вы внимательно рассмотрите предметы мебели и интерьера в музее-усадьбе Чайковского, вы получите достаточно точное представление о дворянском доме того времени.

Исторический квартал

Идея превратить дом-музей в музей-усадьбу, то есть восстановить полный комплекс усадьбы со всеми хозяйственными постройками, также принадлежала Лошкарёву и Аншакову. Юлия Конарева поясняет:

– До 1980-х годов дом-музей Чайковского стоял в открытом городском саду с качелями и каруселями, как сейчас в Ижевске в центре Летнего сада с аттракционами стоит исторический Генеральский дом.

Но началась реконструкция только в 1986 году с приходом на должность директора музея Анны Боголюбской. За 1986-1990 гг. музею были переданы здания, стоящие рядом с домом Чайковских, в них некогда располагались казённые квартиры заводского начальства. Начались масштабные ремонтно-реставрационные работы по воссозданию старинной Господской улицы. К счастью, исторически на улице стояли только казённые дома, и их чертежи и план застройки сохранились в архиве.

В результате музей вырос до комплекса из 5 казённых усадеб. В экстерьере главного дома были устранены неточности: восстановлено полукруглое «венецианское» окно в мезонине, пристроены балконы, дом приобрёл первоначальный вид «глаголя». Во дворе был воссоздан дворянский парк с беседками (они были точно восстановлены по чертежам 1826 года), теплицей, фруктовым садом, многочисленными хозяйственными строениями (людской, конюшней, каретным сараем, завозней, ледником и овощной ямой).

Музей народной гордости

Преображение усадьбы продолжается постоянно. В ходе реконструкции, которая была проведена к 175-летию со дня рождения Чайковского, музейный комплекс преобразился – был создан ландшафтный дизайн. 170 лет назад в усадьбе начальника завода были обычные утоптанные дорожки, но во время реконструкции были проложены сети освещения, видеонаблюдения, дорожек. Мощёные плиткой тротуары дают возможность принимать большие туристические группы, проводить массовые усадебные праздники.

Хозяйственные строения были отреставрированы в прошлом году при поддержке благотворителей. На то, чтобы восстановить внутреннее пространство, заменить нижние венцы срубов и перекрыть крышу тёсом, понадобилось несколько месяцев – завозня (крытый склад), конюшня и амбар были открыты для посетителей в сентябре прошлого года. Сейчас постройки пахнут свежей древесиной, в них вольно дышится. Здесь представлена коллекция предметов домашнего быта заводских мастеровых и крестьян Уральского региона.

В развитие музея с азартом включились жители города и близлежащих поселений. С тех пор, как в усадебных постройках открылись экспозиции, они приносят в музей старинные предметы – утварь, инструмент, скатерти с ручной вышивкой, старинные фотографии, посуду. Любопытные и в хорошей сохранности предметы пополняют коллекции музея, наполняют хозяйственные постройки усадьбы. Юлия Конарева говорит:

– Конечно, предметов XIX века среди них мало, как правило, это вещи начала ХХ века. Но, как бы неожиданно это ни прозвучало, для этой части экспозиции такая временная дистанция – не проблема. Если стиль дворянского мира с первой половины XIX века до начала XX века переживал несколько характерных этапов, и модерн рубежа XIX-XX веков невозможно представить в интерьерах 1840-х годов, то быт крестьян и мастеровых всё это время оставался практически неизменным. В начале XX века простые люди пользовались такой же деревянной и глиняной кухонной утварью, такими же вальками и рубелями для стирки и глажки одежды, такими же угольными утюгами, граблями, ухватами, кочергами, коромыслами, прялками и фонарями со свечой, как в первой половине XIX века.

Но есть и экспонаты, которые найти трудно. В завозне стоит лодка-долблёнка. Искали её очень долго, а найти хотели: известно, что родители композитора, Илья Петрович и Александра Андреевна Чайковские, в хорошую погоду катались в лодке по пруду. Музей вёл поиски не только по всей Удмуртии, но и в соседних регионах, однако долгое время музейщикам предлагали только лодки советского периода, сколоченные из досок. Долблёнка же, как понятно из названия, выдалбливалась из цельного древесного ствола. В конце концов добрая весть была получена: долблёнка, сделанная точно в исторической традиции, нашлась в Кировской области. Из музея-усадьбы за ценным экспонатом отправили автомобиль, и вскоре лодка пополнила экспозицию.

Международный масштаб

Сегодня экскурсии в музее-усадьбе проводят на русском, английском и немецком языках. Среди гостей-иностранцев – студенты, учащиеся в Ижевске и близлежащих крупных городах, командировочные, гости и родственники жителей республики. Но есть и особенные посетители – каждый год в музей заезжают немецкие пенсионеры, по несколько месяцев путешествующие по России в «домах на колесах». А несколько лет назад в музее работал британский исследователь Джон Суше, автор биографических книг о многих знаменитостях (и «по совместительству» старший брат актёра Дэвида Суше, которого в России знают как исполнителя роли Эркюля Пуаро). Джон Суше собирал в Воткинске фактуру для своей будущей книги о Чайковском. Когда книга вышла, он прислал музею экземпляр в подарок.

Для большинства посетителей-путешественников отдельным поводом для восторженных эмоций становится театрализованное представление с участием «семьи Чайковских», органично вплетённое в экскурсию, – в европейских музеях знаменитых композиторов такого нет. Персонажи представления сами могут считаться «музейными экспонатами»: часть их костюмов воссоздана точно по семейной фотографии 1848 года, а часть создана по эскизам петербургской художницы, специализирующейся на историческом костюме соответствующей эпохи. В диалогах театрализованного представления звучат цитаты из подлинных писем Чайковских: оживает стиль речи первой половины XIX века, воссоздаётся тёплое и уважительное отношение друг к другу, принятое в семье будущего композитора.

P.S. Сегодня Государственный музей-усадьба П.И. Чайковского в Воткинске – один из интереснейших музеев в российской «провинции» и мощный центр культурной жизни республики. В фондах музея 22 тысячи единиц хранения. Кроме предметов интерьера и мебели, это книги, партитуры, рукописи, картины, графика с историческими видами Воткинска, фотографии. Сотрудники музея не только восстанавливают ретроспективу, но и создают перспективу. Из времён Чайковского они позволяют заглянуть в будущее его творческого наследия: в коллекции музея есть фотографии артистов оперы и балета, участвовавших в наиболее сильных, успешных постановках спектаклей по произведениям Чайковского в ХХ веке. Около 5 тысяч предметов в фондах – редкие книги, в том числе написанный профессором московской консерватории Петром Ильичём Чайковским учебник (практическое руководство по гармонии), изданный при его жизни. Превращение этих фондов в выразительную, захватывающую экспозицию – заслуга сотрудников музея. После долгих лет работы сюда окончательно вернулся дух эпохи. А над музеем звучит музыка Чайковского.

Экспонат № 1

Музей-усадьба владеет несколькими подлинными реликвиями, которых Пётр Чайковский касался, которые видел в ежедневном обиходе. Среди них каминный экран из дома Чайковских, переданный из музея в Клину, и икона, под которой родился Петя Чайковский. Её подарила музею племянница композитора Наталья Ипполитовна.

И всё же особая ценность музея – старинный рояль фабрики Wirth. К воткинскому детству Чайковского этот инструмент отношения не имеет. Он был подарен 12-летнему Петру в 1852 году, когда семья жила в Петербурге. Уже после смерти композитора его брат Модест Ильич Чайковский передал инструмент Московской консерватории. После революции старый Wirth оказался в клинском музее, но 9 сентября 1939 года стал экспонатом № 1, переданным в только что учреждённый музей в Воткинске. В документе о передаче рояль оценен в 700 рублей. Уже в Воткинске сотрудники музея обнаружили на внутренней стенке рояля выцарапанную надпись «Петя – дурачина». Видимо, она стала результатом сиюминутной обиды на Петра одного из его братьев.

Исторический рояль в Воткинске не молчит. С 1940 по 1966 гг. в доме детства Чайковского размещалась музыкальная школа. Существовала традиция: самые успешные её ученики в конце учебного года могли сыграть на рояле Чайковского. Сегодня за рояль садятся все профессиональные пианисты, приезжающие в Воткинск на фестиваль «На родине Чайковского». Они уже знают секрет инструмента: чтобы добиться хорошего звучания, нужно постоянно давить на левую педаль.

Сказка, где оживают игрушки

Есть у музея-усадьбы Чайковского и своя мистическая легенда. Говорят, одно время дорогая немецкая кукла XIX века, «живущая» на втором этаже хозяйского дома, по ночам меняла положение головы. Вечером смотритель закрывал дом, запоминая, в каком положении осталась кукла. Наутро её голова была повёрнута в другую сторону. И так раз за разом.

Когда стало понятно, что дело не в рассеянности смотрителя (за невероятным явлением начали следить и другие сотрудники), рядом с куклой перед закрытием дома на ночь стали оставлять кусочек сахара. Наутро сахар исчезал, а кукла опять смотрела в другую сторону, не так, как накануне. На мышей списать происходящее было невозможно – они бы наверняка повредили лицо куклы, её причёску из натуральных волос или ткань её платья. Никакому сквозняку повернуть голову крупной куклы было бы не под силу. Да и исчезновение сахара в теорию о сквозняке не вписывается. Со временем кукла «угомонилась». Эту историю знают все сотрудники музея.

К семье Чайковских эта кукла отношения не имеет. Она как раз из тех экспонатов, которые появились в музее, чтобы воссоздать стиль и атмосферу эпохи (такие куклы в XIX веке были чрезвычайно дороги, в семье с достатком Чайковских отец мог подарить подобную куклу разве что один раз в жизни). Но именно эта барышня с фарфоровым лицом оказалась настоящим проводником в мир фантазии Чайковского. В конце концов, именно он написал музыку к «Щелкунчику» – сказке, где ночью оживают игрушки.

Кстати

Подлинный стол из московской квартиры Чайковского стоит на втором этаже. За этим столом композитор работал с 1866 по 1877 годы, за ним были написаны партитуры многих его ранних произведений. В 1877 году стол был передан профессору Кашкину, а тот передал его в Московскую консерваторию. Видимо, в то время на медной табличке, закреплённой на столешнице, появилась надпись «Столъ П.И. Чайковскаго». После революции стол был передан в клинский музей, а в 1939 году оказался в Воткинске.

10.09.2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта