Cпецпроекты УП, Планерка

ФАИЛ ИБРАГИМОВ: «Когда будет похоронен последний солдат?»

В редакции поговорили о тридцатилетней истории поискового движения в Удмуртии, воспитании патриотизма и сохранении памяти о великой войне.

В кресле главного редактора «УП» на этот раз Фаиль ИБРАГИМОВ, преподаватель БПОУ УР «Ижевский индустриальный техникум им. Е.Ф. Драгунова», председатель Удмуртской республиканской молодёжной общественной организации «Долг», член Общественной палаты Удмуртской Республики, эксперт Общественной палаты Российской Федерации. Фаиль Фаизович рассказал о том, как зарождалось в Удмуртии поисковое движение и что было сделано удмуртскими поисковиками за 30 лет его существования.

Игорь ЕГОРОВ: Вы стояли у истоков поискового движения в Удмуртии. Как оно начиналось?

– Тогда я работал секретарём комсомольской организации ГПТУ-4. У нас был военно-патриотический клуб «Память», который учредили ребята-афганцы. И я тоже туда влился.

В этом клубе мы готовили к армии ребят, которые хотели служить, как сейчас говорят, в элитных войсках – погранвойсках, ВДВ… У нас был и рукопашный бой, и прыжки с парашютом, даже плавать с аквалангом учили. Был параплан. Сами с ребятами оборудовали под клуб подвальное помещение. И вот как-то раз мне попалась газета «Собеседник», где был целый разворот о поисковой экспедиции в Долину смерти в Новгородской области. Там были фотографии захоронений в Мясном бору, где полегла Вторая ударная армия. Там погибли десятки тысяч солдат. Основными участниками были студенты Казанского университета. Их отряд, который назывался «Снежный десант», уже давно выезжал на места боёв, в военкоматы. Они очень плотно занимались судьбой татарского поэта-коммуниста Мусы Джалиля, который был редактором газеты «Отвага» Второй ударной армии и был пленён как раз в тех местах.

Мы позвонили в комитет комсомола Казанского госуниверситета, где нам дали координаты этих ребят. Так мы связались с Михаилом Черепановым, который сегодня руководит Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны 1941–1945 годов в Казанском кремле и является членом-корреспондентом Академии военно-исторических наук. «Приезжайте, мы вам всё покажем», – сказали нам по телефону, и мы с руководителем клуба «Память» Сергеем Наговицыным отправились в Татарстан. Тогда всё это было просто…

Это было в марте, а в апреле мы уже поехали на свою первую весеннюю вахту памяти. Она тогда была организована ЦК ВЛКСМ. Это был Мясной бор, Долина Смерти в Новгородской области.

Елена БОРОДИНА: Какие у вас были первые впечатления?

– Шок. Тогда поисковое движение только зарождалось. Поисковиками этих ребят назвать было ещё сложно – следопыты, может быть. Многие не представляли, что это такое. Я помню даже один отряд приехал чуть ли не в вечерних платьях. А всё оказалось намного серьёзнее. Нужны были сапоги, особое снаряжение… До некоторых мест можно было добраться только на гусеничном тягаче. Брезентовые палатки, ковриков тогда ещё не было. Но это, так скажем, бытовые трудности. Кроме того, мы же привезли туда «пэтэушников», это пацаны лет по 16, что накладывало на нас ещё и дополнительную ответственность. Я помню, как мы нашли первую гранату РГД-33. Поначалу была паника – что с ней делать…

Вообще ощущение было такое, что там только что прошёл бой…Кругом котелки, кружки, ложки, гранаты, мины, снаряды, оружие, останки солдат… Потом эта картина нас уже особо не шокировала.

Но самое яркое впечатление было от Госпитальной поляны, куда выносили раненых и готовили к выходу из окружения. Они лежали рядами на деревянных носилках, точнее на том, что от них осталось. И вот оказалось, что черепа их были прострелены. Раненых добили, потому что вынести их было невозможно, а к немцам они не должны были попасть. Там были связисты, шифровальщики…

И для нас, кто учил историю войны по учебникам, это, конечно, был шок.

Анна ВАРДУГИНА: Вы устанавливаете личности солдат, ищете их родственников. Как организована эта работа?

– Если честно, поначалу мы не задумывались, что у каждого солдата есть своя судьба. Их просто очень много. Задача была лишь в том, чтобы поскорее предать земле. Я часто вспоминаю в связи с этим картину Верещагина «Апофеоз войны»… Очень похоже.

Сейчас для нас это жутко вспоминать, но тогда не было опыта. Сейчас каждому солдату уделяется очень большое внимание. Стараемся поднять каждого с соблюдением всех правил археологии, даже если он найден в воронке от взрыва. Исследуем личные вещи, и, конечно, медальон с его личными данными. Но медальоны находятся не всегда. Тогда мы изучаем ложки, кружки, котелки. Это часто подписанные вещи. Бывает, что на котелке описана вся биография солдата.

Всё это скрупулёзно фотографируется, описывается. Если есть возможность, фотографируем зубы. Сейчас у нас обязательно составляется акт аж на трёх листах, и берём на идентификацию один из зубов, который вместе с протоколом остаётся у нас в банке данных. На будущее, для ДНК-теста. А останки хоронятся со всеми воинскими почестями.

Между экспедициями мы работаем с этим материалом в Центральном архиве Министерства обороны в Подольске, даём объявления в СМИ, связываемся с другими поисковиками в регионах, откуда этот найденный солдат. Правда, в Подольск стало трудно выезжать. Средств не хватает, а для того, чтобы там что-то найти, нужно не менее двух недель. А это проезд, проживание, питание…

Сейчас помогает банк объединённой базы данных «Мемориал», выложенный в Интернете.

Сергей РОГОЗИН: Кто-то финансирует вашу работу? Всё это требует средств и не малых…

– Средства выделяются Министерством по физической культуре, спорту и молодёжной политике Удмуртии, но их крайне недостаточно. Они не покрывают даже расходы на проезд, не говоря уже о питании, проживании, покупке снаряжения. В основном мы рассчитываем на российские и региональные гранты.

Сейчас, правда, эту работу возглавило Минобороны. Прорабатывается новая версия закона об увековечении памяти павших советских воинов. Всё-таки эта работа – государственная задача. Так и должно быть. Вы знаете, что сейчас Министерством обороны создан поисковый батальон. Мы долго пытались добиться, чтобы туда призывали наших поисковиков. Сейчас мы начали наших ребят отправлять туда служить. Но этот поисковый батальон – один на всю Россию. Сегодня много говорят о воспитании патриотизма. Но обучить патриотизму за школьной партой, на мой взгляд, невозможно. Ему надо учить на чём-то, в какой-то реальной деятельности.

Да, очень бы хотелось создать музей. Можно его назвать по-всякому, например, как в Татарстане – музей Великой Отечественной войны. У нас столько всего накопилось, но находится всё это на разных площадках, в запасниках.

Анжела ПОЗДЕЕВА: Как вы выбираете адреса ваших экспедиций и кто в них сегодня участвует?

– Наш интерес прежде всего к тем местам, где воевали дивизии, сформированные в Удмуртии. Вот наша 357-я дивизия первые бои провела в Смоленской и Тверской областях. Мы туда ездим в разведку. Псковская область – это 98-я дивизия. Теперь ещё и территория Белоруссии. Возможно, мы туда тоже будем выезжать. 313-я дивизия – это Карелия.

Местные администрации в основном берут на себя обряд захоронения. Заказ гробов, ритуальная часть, венки, цветы, иногда транспорт. Когда-то в советское время получали ещё и продукты. Но это было только один раз в Ленинградской области.

Кто с нами ездит? Старшие школьники, учащиеся техникума, вузов. Университет, к примеру. Заинтересовали мы в своё время медакадемию, благодаря чему у нас теперь есть свои медики.

УП досье:

Фаиль Ибрагимов в 1986 году закончил исторический факультет Удмуртского госуниверситета по специальности «историк, преподаватель истории и обществоведения» и в 2000 году Уральскую Академию государственной службы по специальности «менеджер по управлению». В 1989 году с товарищами из военно-пат-риотического клуба отправился в первую поисковую экспедицию в Новгородскую область на места окружения Второй ударной армии. В 1992 году возглавил Удмуртскую республиканскую молодёжную общественную организацию «Долг».

С тех пор география поисковых экспедиций «Долга» значительно расширилась – Ленинградская и Мурманская области, Краснодарский край, Карелия, Витебская область Белоруссии и даже остров Шумшу Курильской гряды, где состоялись последние бои с японцами.

За время работы поисковиков Удмуртии было найдено более 6500 останков советских воинов.

– Но это очень приблизительно, – поясняет Фаиль Фаизович. – Поначалу мы вообще ничего не считали и не записывали. К сожалению, число найденных солдат за экспедицию не сокращается. На полях сражений остаётся ещё много погибших и не похороненных солдат. Примерно 2,5 тысячи имён было установлено. Десять человек были захоронены на территории Удмуртии. Но я противник этого. Почему? Далеко не всегда можно быть абсолютно уверенным, что это останки именно этого человека. Это долго и неприятно объяснять… Лучше солдата захоронить там, где его нашли, – в братском захоронении.

УП вопрос:

Глава муниципального образования «Город Ижевск» Олег Бекмеметьев задал такой вопрос: «Каким вы видите Ижевск в 2050 году?»

– Хочется его видеть цветущим. Ижевск несмотря ни на что всё-таки хорошеет. Возможно, когда-нибудь к нему станут относиться не как к столице оборонного края, а как к культурной столице. Много говорят об открытии международного сектора нашего аэропорта, о более активном железнодорожном сообщении. Хотелось бы, чтобы всё это было реализовано. Для нас доступность транспорта – больная тема. Сейчас проезд до Питера и обратно обходится в семь тысяч рублей. Не каждому студенту, который отправляется в поисковую экспедицию, это по карману…

Вопрос следующему главному редактору:

Нам часто задают вопрос: когда будет захоронен последний солдат? Скажу честно: никогда. Просто потому, что многих уже не найти. Сегодня я хочу спросить: наступят ли времена, когда не будет войн?

УП задание:

– Мы бы очень хотели, чтобы кто-то из журналистов съездил с нами в поисковую экспедицию, чтобы самому ощутить, что это такое, и под этим впечатлением написал свой материал.

Фото Сергея РОГОЗИНА

18.04.2019

Автор материала:

Игорь Егоров

Игорь Егоров


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

ОТЧЕТЫ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта