Cпецпроекты УП, Планерка

ВЛАДИМИР ДУБОСАРСКИЙ:«Художник – это не тот, кто научился хорошо рисовать»

В редакции поговорили о том, что настоящее искусство всегда революционно, о проблемах художественного образования и о подделках, которые могут убедить экспертов «Сотбис»

Владимир Дубосарский родился 8 января 1964 года в Москве в семье художника Ефима Дубосарского. В 1991 году окончил Московский художественный институт им. В.И. Сурикова. С 1994 по 2014 гг. работал в паре с художником Александром Виноградовым, их картины стали ироничным переосмыслением соцарта и «госзаказа» в искусстве. Работы Дубосарского находятся в коллекциях крупных музеев России, Европы и США. Член Российской академии художеств.

Елена Бородина:  Кем вы себя считаете в первую очередь?

– Я художник. Уверенность в этом появилась в 16 лет, когда я учился на втором курсе художественного училища. Мой отец – художник, и, с одной стороны, я знал, как устроена изнанка этой профессии. С другой – у меня никогда не было уверенности, что я могу стать выдающимся мастером, и лет до 15 я рисованием особо не занимался. В училище я пошёл на самое прикладное из всех отделений – на реставрацию. Решил: даже если не стану художником, у меня будет интересная профессия. В результате я в самом деле хорошо знаю культуру, традицию, технику изобразительного искусства, понимаю, как работать с материалами.

Практику мы проходили на Соловках – в 1980-х там стояли развалины, мы жили в монашеских кельях, которые были в своё время переделаны в тюремные камеры. Там всё ещё стояли только кровати и печки, а в дверях были глазки, через которые надзиратели наблюдали за заключёнными. На главной храмовой колокольне была закреплена большая железная звезда из арматуры. Мы работали в маленькой Благовещенской церкви, восстанавливали роспись потолка, и всё думали – что это за маленькие дырки на ликах всех святых. Уже позднее я прочитал в воспоминаниях академика Дмитрия Лихачёва, который работал в этой церкви писарем, что охрана соловецкого лагеря от скуки стреляла по фрескам.

Анна Вардугина:  Вы получили хорошую школу. Но вообще современным художникам чаще всего эту претензию и предъявляют: мол, весь их концептуализм связан с тем, что они не умеют рисовать.

– Многие современные художники действительно не владеют приёмами академической живописи, но это не хорошо и не плохо. С момента признания фотографии искусством виды изобразительного искусства только приращиваются. Современное изобразительное искусство вышло далеко за пределы живописи и графики, оно включает медиа-арт, видео-арт, перформансы, сайенс-арт (художники объединяются с учёными и пытаются сделать что-то совместно). «Чёрный квадрат» Малевича и унитаз Дюшана, выставленный как объект искусства, окончательно завершили эпоху классического искусства и классического сознания. Искусство не умерло, но после этих событий совершило поворот, изменило траекторию своего движения.

И это естественное развитие! Глядя на современное искусство, зрители часто думают «я тоже так могу» и расценивают это как недостаток. Но это как раз сильная сторона современного искусства: конечно, каждый может быть художником! Каждый имеет право на творческое высказывание! Никто больше не изгой, который должен смотреть снизу вверх на мастеров и не сметь выразить свои идеи только потому, что у него нет академического образования.

Энвиль Касимов:  В сентябре вы в Ижевске создали авторскую версию картины Аркадия Пластова «Вести из Кореи» с помощью ёршиков для чистки унитаза. Что это было – насмешка над классическим искусством или современная живопись?

– Это живописный перформанс. И на самом деле нет никакой разницы, чем написана картина – кистями или ёршиками. Повторю: художник – это не тот, кто научился хорошо рисовать. Художник – это тот, у кого есть идеи, мысли, энергия, харизма. Тот, кто меняет что-то в этом мире. Кто приносит в него что-то новое, собственное.

К сожалению, в нашей стране эта очевидная мысль искажена существующим художественным образованием. В классическом образовании (которое начинается в наших школах искусств и продолжается в училищах, институтах и академиях) главным тезисом педагогов стало следование за великими. Собственный творческий поиск пресекается на корню. Студентам говорили и говорят: научитесь писать, как Репин, а потом уже делайте, что хотите. Но наши педагоги – наглядный продукт этой лицемерной образовательной системы. Они сами Репиными не стали и ничего собственного не предложили, но берут на себя смелость ограничивать творческую мысль молодых. Да, они говорят: сначала освой базу, а потом уже будь собой. Но как молодой художник в 20 лет начнёт быть собой, если его с самого детства давили авторитетами и не учили быть собой?! А для художника это – самое главное.

Игорь Егоров:  Современное искусство не может существовать без отрицания классического?

– Любое искусство (и не только оно) развивается за счёт отрицания уже достигнутого. Если ты хочешь куда-то продвинуться, ты должен отказаться от чего-то привычного, подвергнуть его сомнению. Джордано Бруно должен был усомниться, что земля плоская. Эйнштейн должен был усомниться в теории Ньютона. Хокинг предположил – а вдруг Эйнштейн в чём-то ошибается? В искусстве всё точно так же. Художники следующего поколения сомневаются в предшественниках, предлагают что-то своё, экспериментируют. Эксперимент может обернуться неудачей, а может стать прорывом на следующий уровень.

И, конечно, сначала это всегда воспринимается как радикальный, революционный шаг. Если кому-то кажется, что сегодняшние художники радикальны, а вот художники Возрождения были хранителями духовных и социальных ценностей, ему нужно получше изучить исторический контекст. Сикстинская капелла, расписанная Микеланджело, стала шедевром потому, что в своё время отразила появление совершенно нового мышления. Столетиями в Западной Европе складывался официальный запрет на человеческое тело, и вот Микеланджело по заказу Ватикана (!) расписывает католический храм анатомически достоверными обнажёнными человеческими фигурами. В Италии инквизиция всё ещё жгла людей на кострах за любую ересь, и вдруг художники разрывают сверхстрогую общественную мораль обнажёнными телами в живописи и скульптуре, на новом витке возвращая идеалы античности, где человек был мерой всех вещей, венцом мироздания. Причём для того, чтобы добиться этой достоверности, художники пользовались услугами копателей могил – официальных анатомических театров ещё не было и они изучали анатомию человеческого тела по украденным из свежих могил трупам. Это выглядит довольно радикально даже по нынешним временам. Микеланджело, Леонардо и другие художники делали шокирующие, революционные для того времени, не укладывающиеся в сознание обывателя вещи. Но мы с дистанции времени оправдываем их, потому что видим прекрасные картины и скульптуры. Менее впечатляющие работы их современников просто забылись. Точно так же и от нашего времени останется в истории 50-100 имён, которые будут олицетворять его.

В искусстве нет хорошего и плохого развития, а есть развитие и стагнация. Насколько нынешнее движение вершина или упадок, сейчас оценить невозможно. Это часть пути, и только спустя время станет понятно, куда этот путь ведёт.

Герасим Иванцов:  Вы выстраивали стратегию, чтобы оказаться в числе этих ста художников?

– В то время, когда мы с Александром Виноградовым начинали работать, было невозможно что-либо просчитать. Информации о том, что происходит в мировом искусстве, по сути, не было. Наше поколение было первым, кто после падения железного занавеса вышел в новый мир. И не было никаких правил. Современное искусство тогда было интересно и нужно единицам. На открытия выставок в галереи (их в Москве было – по пальцам пересчитать) приходило по 50-60 человек. Ничего на этих открытиях не продавалось, конечно. Что будет дальше, никто не знал. Сила нашего поколения оказалась в том, что у нас были иллюзии и не было страха. Нам казалось, что вот ещё чуть-чуть, и мы станем знаменитыми. Может быть, именно это опьянение свободой нам и помогло.

Сергей Рогозин:  Сталкивались ли вы с подделками ваших картин?

– Наши с Виноградовым ранние картины довольно часто перепродают и мне присылают фото с просьбой подтвердить, что это наша работа. Мы так много всего рисовали, что, глядя на фото, я иногда удивляюсь: надо же, какая у нас картина была, я уже забыл о её существовании. С подделкой я не сталкивался ни разу, но, по правде сказать, думаю, что качественную подделку, сделанную мастером, я по фотографии и не распознаю. Разве что «живьём» и если оригинал и подделка будут стоять рядом.

Я знаю, как делают подделки. И я знал людей, которые пишут поддельные иконы, и эти иконы потом продавались на аукционе «Сотбис» как оригиналы. А настоящие иконы эти же самые эксперты заворачивали как подделки.

УП вопрос:

Предыдущий гость «Планёрки» артист Театра кукол, председатель СТД УР Александр Мустаев спросил, что бы вы хотели подарить людям?

– Тем, кто мне дорог, я делаю подарки в соответствии с их интересами и вкусами. В абстрактный подарок всему человечеству я не верю, по правде сказать. Следующего гостя я бы спросил: «Как дела?».

УП задание:

– Мне интересно читать вашу газету. Каждый раз, когда лечу в Ижевск в самолёте, открываю её и обнаруживаю знакомые лица. А летаю я сюда довольно часто: ни с одним регионом России у меня не сложились такие тёплые отношения, как с Удмуртией. Здесь живут и работают очень приятные люди, хорошие художники. Здесь происходят события, в которых хочется согласиться участвовать, – я приезжаю с удовольствием. Здесь прекрасная природа. Мне не хочется придумывать конкретное журналистское задание: пусть этим всё же занимаются профессионалы.

Но если вы сталкиваетесь с предубеждением читателей «здесь в искусстве не может быть ничего крутого, потому что тут – провинция», попытайтесь это изменить: сегодня точно чувствующий время и его проблемы художник в любой точке мира (например, в Ижевске), разместивший фото своей картины в сети, может за сутки собрать сто тысяч лайков и стать более известным, чем художник, выставившийся в московской галерее.

Фото Сергея РОГОЗИНА

31.01.2019

Автор материала:

Анна Вардугина

Анна Вардугина


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свидетельство о регистрации: № У-0090

Дата регистрации – 10.06.1998

РЕКЛАМА

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ

Учредители:

Госсовет Удмуртской Республики
Правительство Удмуртской Республики

Положение об использовании материалов сайта

Положение о конфиденциальности

Старая версия сайта